Группы провели разными маршрутами, и в конце они, как я понял, должны встретиться на втором этаже.
Я решил сходить к Алисе, рассказать о предложении насчёт гонок. Может, получится это как-то сообразить, да и наработки имеются в постановке задач. До следующего тура ещё далеко, а гостей развлекать надо. Да и сближение и дружеские отношения это завязывает, когда не только один человек от толпы себя показывает, но и все остальные.
По поводу Крама ко мне уже кто только не подходил. Всем хотелось получить автограф знаменитости или сфотографироваться с ним. Да и вообще, Турнир Четырёх — эпохальное событие, неплохо, если что-то будет на память.
— Заходи, Гарри, — позвала Алиса, когда я постучался в её апартаменты. — Будешь чай?
— Ага, буду, — вспомнив, что за обедом еле успел урвать пару бутербродов, согласился я.
— Думаю, ты пришёл за ответами? — Алиса налила нам чай и села в кресло, сделав приглашающий жест.
Я вопросительно на неё посмотрел, немного не соображая, о чём это она.
— Хочешь узнать, зачем я кинула твоё имя в Кубок?
Глава 10. Подарки от всей души
30 октября 1994 г.
Шотландия, Хогвартс
Я смотрел на Алису, открыв рот. Вообще-то… Она права, я должен был догадаться. Никогда никого не исключай. А у неё была возможность и даже, в принципе, мотив. Её биджуу. У меня мелькнула такая мысль, но слишком много всего навалилось, чтобы об этом думать, да и… Алиса — мой друг, а у нас тут есть «главный злодей», который всё подстраивает и всеми манипулирует. Я всё же подспудно ожидал какой-нибудь подставы от Хигэканэ, так что просто подумал на него. Как уж он там это провернул, бросил бумажку до того, как установил Кубок в холле, как-то зачаровал артефакт, чтобы тот выбрал меня, или заставил кого-то — уже не имело значения. В любом случае, мне было не отвертеться, и я — официальный чемпион Хогвартса. Мне ещё только Слизерин делегации не посылал, чтобы заявить о своей лояльности к моей кандидатуре. Но серьёзно, Хиггс и Уоррингтон даже своим не очень-то нравятся…
— О Мерлин! — развеселилась Алиса, которая пристально изучала моё лицо. — Гарри, только не говори, что ты прохлопал это! Стареешь, брат, стареешь! Я же тебе почти открытым текстом сказала. Из-за этого пришлось выдержать сеанс мозговыноса от нашего доброго дедушки. «В следующий раз всё же будьте добры советоваться со мной о наложении собственных чар, профессор Лонгботом. Вы могли сбить работу Кубка Огня своим вмешательством», — передразнила она Хигэканэ.
— Рассказывай, — выдохнул я, приземляясь на кресло и забирая приготовленную чашку чая. — Что за причины? И, надеюсь, мне не надо проверять свой чай на яды и зелья?
Алиса засмеялась.
— О, ты так расстроился? Обещаю, что когда ты не сможешь интуитивно определить, подсыпано тебе что-то или нет, я буду подсыпать тебе слабительное везде, чтобы ты вернул форму.
Я чуть не подавился чаем, который как раз хлебнул.
— У, демон!.. Какая же ты добрая!
— Всё для тебя, — хихикнула она. — Ну ладно, хотя, наверное, сначала стоит сказать, сколько народа пыталось как-то обмануть Кубок?
— О!.. Это интересно! — оживился я.
— Каркаров заставил всех дурмстранговцев написать имя Виктора Крама на своих бумажках, — начала перечислять Алиса. — Правда, из-за моих чар Кубок их не принял. Итого получилось, что единственным, кто кинул своё имя, был Виктор Крам. Не уверена, но мне показалось, что он об этом не знал в начале, а потом сильно расстроился. Вообще-то он хороший парень со своим кодексом чести.
— Да, он был как-то задумчив, когда выбрали его, да и их директор слишком сильно его выделял с самого начала. Конечно, он известный человек, но подобная нечестная борьба ему явно не понравилась, — вспомнил я реакцию Виктора и то, как он оживился, когда поступило предложение и другим студентам «Дурмстранга» принять в чём-то участие и показать себя.
— Я немного разбиралась в чарах кубка, забавно, но, чтобы отбор состоялся, крайне важно, чтобы на записке было имя человека, написанное им самим, — продолжила Алиса, — лично я взяла твою подпись с одного из эссе по ЗОТИ. И не думай, что я мухлевала, твоя записка была одной из многих. Ты соревновался наравне со всеми остальными претендентами Хогвартса. И победил. Кубок выбрал тебя среди всех студентов, которые изъявили желание принять участие, как самого достойного кандидата.
— О… — протянул я. — Это приятно…
— По-другому и быть не могло, — хмыкнула Алиса. — Объективно ты самый сильный студент в Хогвартсе. Поэтому эта брехня с совершеннолетием показалась мне слишком надуманной. В предыдущие года проведения Турнира каждый студент каждой школы отправлял записку со своим именем и так проводился отбор. Чаще всего участвовали взрослые студенты: седьмой, шестой курсы, но были и пятикурсники среди Чемпионов. Кубок сам формирует записку из имени и школы Чемпиона, поэтому там одинаковые почерки на всех записках, это вроде как артефакт выдаёт свой вердикт… Когда-то эти записки вставляли в рамочки и вешали в Залах Славы школ.
— Ясно, — кивнул я и хихикнул. — Может, и моя записка появится. Как минимум на стене у МакГонагалл.
Алиса улыбнулась, хитро блеснув глазами. Именно она рассказала, куда делась и где висит та золотая табличка из Тайной Комнаты, против которой я возразил.
— Что касается остальных, попытавшихся что-то сделать, то возле Кубка долгое время ошивался Гилдерой Локхарт, который приехал с американцами, он пытался бросить что-то в Кубок, но не смог из-за моих чар. Кстати, американцы все бросили свои имена, и их выбор был вполне честным. А вот французы… Они бросили свои имена, но Флёр Делакур я видела в холле ночью, кажется, она пыталась воздействовать на Кубок магией вейл. Не знаю, насколько ей удалось «очаровать» артефакт, но Кубок выбрал её.
— Я посмотрел всех по карте Мародёров, которую дал мне Сириус, — задумался я. — У меня мелькнула мысль о том, что Локхарт может быть подставным, под оборотным зельем, но карта показала, что это он и есть. Как и профессор Моуди, и Людо Бэгмэн, и Барти Крауч, и все остальные из студентов и сопровождения.
— Никогда нельзя исключать, что на кого-то наложили империус… — ответила Алиса. — Впрочем, что бы там они ни задумывали, это им не удалось.