Не два пальца, и даже не кисть.
А уже целое предплечье.
Или почти целое.
Конечность была отрублена примерно посередине между запястьем и локтем. Отчетливо виднелись две тонкие белые кости, окутанные увядшей розовой плотью. Кожа худой, расчлененной руки была бледной и гладкой, испещренной черными и красными линиями.
Татуировки.
Внезапно еще одно воспоминание ударило его, как кувалдой в грудь, на этот раз настолько сильно, что у него отвисла челюсть, а глазные яблоки закатились на лоб. Он покачнулся на ногах. Нож выскользнул из руки и звякнул о кафельный пол.
Теперь он вспомнил.
Он вспомнил все.
Воспоминания нахлынули с ужасающей ясностью.
Татуированная цыпочка с пирсингом из клуба (Тиана?) стояла на коленях, отсасывая и одновременно надрачивая ему рукой. Ники жестко кончил, выстрелив глубоко ей в горло, застонав и дернувшись при этом. Внезапное движение, по-видимому, застало девушку врасплох. Она попыталась отстраниться, ее рука непроизвольно сжалась, и его пронзила острая вспышка боли.
Но потом боль исчезла, став незначительной на фоне эйфории.
Тиана все проглотила, даже облизнула губы. Затем она подняла свое овальное лицо, посмотрела на него, и ее губы изогнулись в игривой ухмылке.
- С тебя пятьдесят фунтов, пожалуйста. И если ты хочешь отвезти меня домой, то еще пятьдесят.
Ники подумал, что это шутка, и усмехнулся, застегивая ширинку на болтах.
- Ага, конечно.
Она нахмурилась, поднеся пальцы к свету и осматривая их.
- Пятьдесят фунтов. И тебе повезло, что я не беру с тебя доплату за гребаный накладной ноготь, который только что потеряла.
- Ты серьезно?
- Абсолютно.
- Но… не было такой договоренности. Я не собирался платить за это.
Девушка встала, ее поведение мгновенно изменилось. Она все еще улыбалась, но улыбка больше не была игривой. Теперь она стала злой и недоброй. Она протянула руку ладонью вверх, ту самую руку, татуированную и раскрашенную, вот только что дрочившую ему несколько минут назад.
- Пятьдесят фунтов. Или я позвоню в полицию и скажу им, что ты вынудил меня это сделать.
- Полиция? Это что за ебаный развод такой?
- Послушай, неужели ты действительно думал, что такая девушка, как я, подойдет к такому лошаре, как ты, ближе чем на десять футов, если ей не заплатят? Плати, придурок.
Вот тогда-то Ники и потерял контроль. Казалось, он вылетел из своего тела и смотрел на них двоих сверху вниз с какой-то точки прямо над головой. Ники полез в ботинок и вытащил нож. Нож, который он повсюду таскал с собой. На всякий случай.
Глаза девушки расширились от шока, и она попятилась.
Слишком поздно.
Ники видел себя, бросившегося на нее, режущего и кромсающего. Первый удар по щеке был нанесен в чистой ярости, остальные с целью заставить ее заткнуться и перестать кричать. Один хороший, плотный удар по трахее и она замолчала.
Брызнула кровь.
К счастью, Ники надел свою черную рубашку, на которой не было видно пятен. Однако его джинсы - совсем другое дело. Вскоре они были покрыты брызгами крови.