Еще нет.
Но скоро.
— О чем ты думаешь? — Спросила она.
— Ты не хотела бы, чтобы я сказал тебе.
Она усмехнулась.
— Это меня немного пугает.
— Бояться нечего, — он обхватил ее задницу, сжимая круглые бёдра, и застонал, когда он это сделал. — У тебя очень хороший зад.
Она хихикнула.
— Это странно. Я знаю о тебе немного; только то, что я узнала о компании.
— Спрашивай, что хочешь.
— Когда ты был моложе, хотел ли ты детей?
— Нет. Я не думаю, что я хотел их. Я вырос в приемной семье. Я не рискнул бы сделать это.
— О, были ли приемные семьи грубыми?
— Некоторые из них были, некоторые из них нет. Зависит от людей, от группы детей. Речь идет не только о том, чтобы собрать кучу детей в одном месте и надеяться, что они поладят.
— Я не думала об этом.
— А что касается твоих родителей?
— Они прекрасны. Я — единственный ребёнок в семье, родили меня довольно поздно. Я люблю их. Они поддерживают меня в каждом решении, что я принимаю.
— И ты им рассказала обо мне?
— Да, так и есть.
— И?
— Они счастливы. Если я счастлива, то и они счастливы. Они хотят внуков.
Ее родители получат самую большую корзину подарков в мире, поскольку он в этом замешан.
— Как этот маленький эксперимент должен работать? — спросила она.
Он запустил пальцы в ее волосы и потянул их вниз. Запирая её губы своими губами, он закрыл глаза, постанывая. Ее руки легли ему на плечи, ее ногти утонули в ткани его рубашки. Лаская её по спине, он вытянул ее рубашку из-под верхнего ремня ее юбки. Он не прервал поцелуй, скользя языком по ее губам, раздевая ее.
— Чёрт, детка, ты чертовски горячая, — сказал он.
— Этого не будет.
— О, нет, будет. Скажи мне, что ты не мокрая. Скажи мне, что ты не чувствуешь этого тоже, и я уйду. Я не буду просить тебя снова.
Она всхлипнула.
— Я не могу. Я хочу сказать, что мне всё равно, но я не могу.
Он скользнул другой рукой под ее юбку и прикоснулся к ее трусикам, прикрывающим киску. Она вскрикнула, но он почувствовал, доказательство ее возбуждения. Ее трусики становились мокрыми.