- Их гораздо больше, чем ты себе можешь представить, командир. Только ничего сделать уже не удастся, чтобы их решить. Например, очень мало людей имеют хорошую альпинистскую подготовку. Когда я впервые узнал о твоем плане, то настойчиво порекомендовал Гессу и Мюллер начать подобные тренировки. За прошедшие несколько недель определенных успехов достичь удалось, но меньше, чем хотелось бы. Впрочем, теперь наши парни и девчата хоть не сорвутся со скалы от отсутствия навыков, да и спускаться научились с приличной скоростью, а большего сейчас и не нужно. Но меня беспокоит еще одна вещь...
- Какая же?
- У нас мало людей, капитан.
- Но ты же сам говорил, что у пиратов практически не должно быть своей пехоты, а экипажи "десантников" не смогут оказать серьезного сопротивления?
- Все это верно. Но, посмотрев на тренировки в скалолазании и еще раз изучив карты ущелья, я понял одну вещь - придется оставить значительную часть людей наверху, чтобы они прикрывали спускающихся и оказывали им огневую поддержку. Именно момент спуска и будет самым опасным в штурме. Болтающиеся на тросах "альпинисты" являются слишком уж легкими мишенями. Нужна плотная огневая завеса, чтобы корсары и головы поднять не могли, а для этого необходимо достаточное количество стрелков. Не забывай и о "Стингере". Если мех не удастся уложить с первого же залпа ракет и "зажигалок", то он один способен уничтожить всю штурмующую группу. Значит, нужно выделить особый отряд, который непрерывно обстреливал бы его. Вот и выходит, что вниз будет спускаться слишком мало людей.
- Хочешь сказать, что из-за этого план может провалиться?
- Возможно, и нет, хотя нам для этого и придется что-то придумывать на месте, по ходу боя, импровизировать.
Бергман неожиданно спросил:
- Сколько людей по-вашему необходимо для успеха штурма?
Мы с Антоном удивленно посмотрели на полковника, слишком уж хорошо мы помнили его слова о том, что он никогда не будет рисковать своими людьми, отправляя их на участие в нашем "безумном" плане.
Неуверенно посмотрев на меня, Бондарев осторожно сказал:
- Вообще-то было бы неплохо иметь две роты. Тогда каждая из них могла бы занять по одному склону, а это заставит пиратов разделить внимание на две стороны и уменьшит плотность ответного огня. А у нас будет достаточно людей и для огневого прикрытия, и для непосредственного захвата лагеря. Но у нас всего два взвода. Диспозиция от этого не меняется, но эффективность атаки резко снизится.
Полковник довольно долго молчал, выражение его лица при этом было каким-то неопределенным.
- Хорошо, вы получите роту солдат из милиции. Люди там имеют горную подготовку.
Это было очень неожиданно, хоть и приятно.
- Почему же вы передумали, герр Бергман?
- Откровенно говоря, хочется поскорее закончить всю эту мороку, да и если ваши люди погибнут зря, я ведь всю жизнь буду себя за это корить.
- Что ж, мне остается только сказать вам огромное спасибо.
Видя, что моему собеседнику не хочется продолжать эту тему, я тоже не стал ее развивать, а обратился к Бондареву:
- Теперь, как я понимаю, наши шансы на благополучный захват базы сильно возрастают, не правда ли, Антон?
- Несомненно, - лейтенант повернулся к милиционеру. - Теперь, герр полковник, нам надо с вами кое о чем условиться. Свои маневры вблизи каньона Вы должны проводить четыре раза в сутки, каждые шесть часов...
- Выходит, что мне придется все это время безвылазно там торчать, - недовольно пробурчал тот.
- Да, но это всего трое суток. И разве у вас есть еще какие-нибудь важные дела на это время?
Полковник поморщился, услышав столь явную насмешку в свой адрес, но промолчал. Скорее всего, он действительно хотел поскорее разобраться с пиратской проблемой, чтобы его, наконец, оставили в покое. Ради этого он был готов пойти нам на уступки и обуздать свой темперамент. А Антон, тем временем, продолжал:
- Сами маневры нужно организовать таким образом, чтобы у корсаров сложилось мнение о концентрации сил для прямого штурма силами милиции. Кстати, было бы неплохо подбросить им информацию, что здешние власти на вас надавили и требуют, как можно быстрее избавить планетоид от присутствия пиратов. вам, разумеется, пришлось согласиться. Штурм назначен, скажем, на 6 октября. Это придаст правдоподобия отвлекающим маневрам.
Мы все посмотрели на Шпильмана.
- Пожалуй, я смогу это сделать, - неохотно сказал тот. - Можно договориться о встрече со связником на послезавтра, например.
Бондарев кивнул:
- Годится. Детали этого обсудим позже.
Фосетт, который до этого просто прислушивался к разговору, задумчиво сказал: