- Ну, я бы сказала, что трофейный мех - это совсем не пустяк.
- Ладно, если сами ничего не придумаем, то, конечно, придется идти к полковнику. Да, кстати, пусть оставят там кого-нибудь для охраны. Лучше всего, пожалуй, подойдет Майкл. Все-таки его "Остсол" из подкрепления самым мощным будет. Потом его сменит Свенсен, когда отдохнет.
- Думаешь, мы здесь застрянем надолго?
- Конечно, сама подумай - даже самый минимальный ремонт наших мехов растянется на три-четыре часа. И кто знает, каково состояние захваченной пиратки, и выдержит ли она долгий путь до базы? А оставлять ее здесь, даже с охраной из нашей пехоты я не собираюсь. Слишком уж это ценный источник информации, чтобы им рисковать.
Послышался вздох девушки:
- Понятно... А я так надеялась хорошенько отдохнуть и выспаться в ближайшее время.
- Прекрасно тебя понимаю. У меня точно такое же желание. Будем надеяться, что этим фермерам не чуждо гостеприимство, и нас куда-нибудь да пристроят на это время. Кстати, хочу тебя поздравить.
- С чем это?!
- Ну, как же - с первым боем, конечно, точнее с первой победой. Ты держалась просто великолепно! Я даже не ожидал, что вам с Ральфом удастся нанести пиратам такой урон, - мне очень хотелось сказать Циммер что-то вроде слов "я горжусь тобой!", но помешало стеснение.
- Спасибо..., - в голосе девушки была искренняя радость вместе со смущением. - Знаешь, а ведь я даже не задумывалась над тем, что делаю, а просто действовала.
- Прекрасно! Так и надо. Такое поведение в бою - признак настоящего воина.
В ответ раздалось лишь невнятное бормотанье, но я чувствовал, что Анжела по-настоящему счастлива услышать похвалу в свой адрес.
С большим трудом нам удалось пробиться сквозь пару сотен человек "приветственной делегации" к главному входу в купол. Из-за разрушенного перекрытия никакой процедуры шлюзования нам проходить не пришлось, ведь в любом случае атмосфера Бадена уже проникла внутрь комплекса. Видимо, как раз по той причине, что купол можно было повредить так легко, внутренний интерьер комплекса коренным образом отличался от внутреннего устройства Мюнстера. Если там были обычные дома, пусть и в большинстве своем небольшие, то здесь главное строение, явно служившее одновременно жилым, административным и медицинским, само представляло собой массивный железобетонный купол с собственным шлюзом. Вокруг него размещались разные хозяйственные и служебные постройки.
Когда мы шли к главному зданию, на меня вдруг накатила такая волна усталости, что я едва устоял на ногах, но на встревоженные взгляды друзей лишь покачал головой - дескать, все в порядке. К счастью, у входа нас встретила та самая врач, которая приезжала за пленницей. Она сразу же провела нас в лечебный отсек. Наскоро заглянув в изолированную палату, где была наша "добыча" и, убедившись, что она лежит под капельницей, все еще находясь в бессознательном состоянии, я позволил учинить над собой осмотр и оказание первой медицинской помощи. Как оказалось, из всего отряда мне досталось больше всего, так как падение "Центуриона" все же не прошло для меня даром. Пришлось вытерпеть растирку какими-то дурно пахнущими мазями и тройку уколов. К моему большому облегчению, от всего этого у меня действительно прошли ноющие боли во всем теле и прояснилось в голове, правда, в сон стало клонить просто неудержимо, так что меня устроили на какой-то кушетке в небольшом приемном отделении. По соседству со мной уложили и Анжелу, напичканную успокоительным: во время боя она действительно держалась молодцом, но сейчас, когда спала волна кипевшего в крови адреналина, ее стала бить нервная дрожь, и девушка оказалась на грани срыва. Сон для нее действительно станет лучшим лекарством так же, как и для меня.
*****
Спать мне пришлось недолго, хотя специально меня все же никто не будил. Просто в сон вторгся какой-то мерный рокот. Негромкий, он, тем не менее, сильно раздражал и мешал наслаждаться сновидениями. Несколько минут я просто лежал, прислушиваясь к странному звуку. Сон, пусть и недолгий, взбодрил меня, самочувствие тоже улучшилось, так что никаких особых причин разлеживаться вроде бы и не было. Я осторожно встал, стараясь не разбудить Анжелу, которая все еще спала, по-детски подложив ладонь под щеку. Она выглядела такой милой и трогательно беззащитной во сне, что мне с трудом удалось сдержать порыв погладить ее по разметавшимся рыжим кудрям.
Выйдя из тесной комнатки, я испытал немалое облегчение, увидев четырех пехотинцев из "Феникса" в полном боевом облачении. Двое охраняли наш с Циммер покой, еще два сторожили палату, где лежала пленница. Прекрасно, значит помощь уже прибыла, и, если все пойдет удачно, через пару-тройку часов сможем отправиться на базу. Ответив на салют стражи, я задумался о ближайших планах. Сначала, пожалуй, надо бы проверить, как там дела у пленницы, а потом отправиться к нашим машинам. Механик из меня, конечно, слабый, но с гироскопом или, скажем, коленными приводами справиться все же должен.
Зайдя к нашей невольной пациентке, я обнаружил там Николь. В ответ на мой вопросительный взгляд она подошла для доклада.
- С этой женщиной в целом все не так уж и плохо, - пояснила девушка шепотом. - Последствия от сотрясения мозга пройдут сами, если ей обеспечить покой, сломанная рука сейчас в гипсе, внутренних повреждений и кровотечений мы не обнаружили, внешние раны и синяки обработали. Сейчас вот делаю ей капельницу с антибиотиком. Причин для беспокойства нет.
- Это хорошо, но почему она до сих пор без сознания?
- Так ведь это действие снотворного. Первый укол сделала еще фрау Штольц, ну, местный врач, а мы добавили, так что спать пациентка будет еще часов десять. Сон ей необходим, да и так она легче перенесет транспортировку.
- Замечательно. А где, кстати, твои родители?
- Но, командир, ты ж сам разрешил им здешним пациентам помочь. У них там тяжелый случай, сейчас оперируют. А меня тут оставили приглядывать.
- Ах, да... Совсем забыл. Ладно, если что - я снаружи, попробую помочь в ремонте мехов.
- Так ведь сейчас нельзя выйти из этого здания.
- Не понял... Это еще почему?
- Слышишь этот гул?
- Конечно, он-то меня и разбудил.
- Это работают особые насосы. Главный купол уже починили и теперь восстанавливают нормальную атмосферу. Сейчас они убирают баденский воздух, потом будут закачивать стандартную кислородно-азотную смесь, чтобы можно было спокойно дышать без респиратора. На время всего этого процесса выйти из здания нельзя - сам ведь понимаешь, что там творится.
Мне оставалось только вздохнуть. Николь была совершенно права: если сейчас снаружи происходит смена атмосферы, то наружу действительно и носу не покажешь - перепады давления будут просто гибельными, не говоря уже о кратковременном вакууме. Я заметно приуныл, ведь теперь мне предстояло без толку слоняться тут несколько часов. Моя собеседница заметила это: