— Посылайте всех командиров на экскурсию сюда, пусть учатся, как можно и как надо жить в обороне.
— Это верно, — согласился командир дивизии.
— Все дело в связном, товарищ генерал, — сказал я. — У меня связной Ефимыч — золото-человек!.. Он за порядком следит.
— А он где помещается?
— Рядом из раздевалки дверь к нему.
— А ну-ка, посмотрим у него как?
Ефимыч, слышавший этот разговор, слегка дрогнул, быстро одернул на себе гимнастерку. Дверь распахнулась, и генерал с полковником вошли.
— Связной рядовой Родинов! — бойко отчеканил Ефимыч.
— Здравствуйте!
— Здравия желаю!
— Чем занимаетесь?
— Осиливаю четвертую главу истории партии, товарищ генерал.
— Похвально! Партийный?
— Никак нет, готовлюсь вступить.
— Хорошо. Правильно. А и здесь тоже неплохой порядок! Молодец, товарищ Родинов, молодец!..
— Рад стараться, товарищ генерал.
— В старой армии служили?
— Полтора года до революции в лейб-гвардии Измайловском полку!
— А это что у вас такое?
— Это у меня приспособление, заместо часов, товарищ генерал…
На специальной полочке помещалась цинковая коробка из под патронов, в нижней ее части стеклянная банка с водой и цифровыми делениями; в верхней — в круглое отверстие была вставлена опрокинутая кверху дном бутылка. Через горлышко бутылки, сквозь какое-то препятствие, по каплям просачивалась вода, медленно, равномерно капая в стеклянную банку.
— Досюда докапает — час, досюда — два, до этой черточки — четыре и так далее, — пояснил Ефимыч, — очень правильные, проверены по настоящим. Из боевого охранения ребята прибегают у меня спрашивать сколько времени и по моим часам посты меняют. И никогда никаких нареканий не бывало…
— Настоящих у вас нет часов? — спросил генерал, с любопытством рассматривая изобретение Ефимыча.
— Никак нет. А капитан часто уходит, свои уносит, ну, мне без часов-то вроде скучно…
— Товарищ капитан, — обратился генерал ко мне, — как несет повседневную службу ваш связной?
— Отличный связной, лучшего я себе не желаю.
Тогда генерал достал из кармана брюк небольшие никелевые часики с надписью на крышке: «Боевому русскому народу от трудящихся США» и, подавая их Ефимычу, произнес:
— Дарю от имени Военного Совета Армии за хорошую службу.
— Спасибо! — растерянно и смутясь от неожиданности, проговорил Ефимыч, принимая подарок.
— А по уставу как? — улыбнулся генерал.