Непоседа [авторский сборник]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да понимаете ли вы, что сделали? Разве можно так обращаться с ребёнком? Сегодня сожгли его модели, завтра сожжёте книги. Что же это такое? Значит, вы не любите его?

Мать стояла неподвижно, виноватая и растерянная.

Юные конструкторы, сбившись в кучу, смотрели на неё недружелюбно.

Все молчали.

— Родные мои, — сказала она, — как же я его не люблю? Уж как мне трудно — и на работе и дома, — а сама на три рубля ему гвоздей купила. На три рубля! Сладу с ним нет. Придёт к отцу в депо — по станкам шмыгает, пробует, руки себе все ободрал. А недавно так Фёдор Тимофеевич из-под паровоза его вытащил. Интересуется. Того и гляди, ему голову оторвёт. Все гвозди из стенок повыдергал. Прихожу я раз под выходной, гляжу: сидит за столом, а на столе ходики — все по колёсам разобраны. Я, конечно, кричу: «Ходики-то пять рублей стоят!» А он мне: «Не кричи, мама, я сейчас соберу». И собрал. Вот уж третью неделю ходят.

Писатель гладил Ваню по голове, а Ваня с горечью поглядывал на стол, где лежали принесённые ребятами модели.

Тут были тракторы с колёсами, выкрашенными чернилами, автомобили с осями, сделанными из карандашей, — ничтожные вещи по сравнению с тем, что вчера ещё было у Вани.

Писатель утешал его. Говорил, что в городе открывается на днях детская техническая станция, что он пришлёт ему из Москвы настоящий железный конструктор с гайками и французский ключ.[6]

Потом они сидели рядом за столом и писатель читал детям свою новую книгу о первом пароходостроителе.[7]

Ваня любил слушать о смелых изобретателях. И, когда он услышал, что никто сначала не верил в пароход, не хотел сесть на него, глаза у Вани наполнились слезами. Он вспомнил своё собственное горе. Но ничего! Всё-таки сделали пароход.

— «И вот поплыл пароход по реке…» — прочёл писатель и на мгновение остановился, чтобы глотнуть из стакана воды.

А Ваня блестящими глазами обвёл ребят и, закинув голову, вдруг торжественным голосом добавил:

— «…изрыгая клубы чёрного дыма».

1934

Гайдар на войне

Гайдар очень любил нашу Советскую Армию и в своих книгах увлекательно рассказывал о ней советским детям.

В гражданскую войну он ушёл в Красную Армию воевать с белыми ещё мальчиком, когда ему было всего лишь четырнадцать лет. А в семнадцать — он уже командовал полком. И был храбрый командир.

Когда началась Отечественная война, он отправился под Киев на фронт описывать, как воюют с фашистами наши советские бойцы-герои.

И сам жил на фронте как солдат и герой. Надев железную каску, лежал с бойцами на переднем краю, отражал с зенитчиками воздушные атаки, ходил в разведку, а потом писал свои фронтовые записи про мост, про ракеты и гранаты и речные переправы.

Когда в Дарницком лесу под Киевом был большой бой с фашистами, в этом бою участвовал и Гайдар. Стояла жара. Вся земля пересохла и от взрывов облаком поднималась вверх. Гайдар бежал в чёрной пыли в атаку навстречу немцам. Когда он возвращался с атаки, в руках у него был немецкий автомат. Он добыл его себе у врага в бою.

За Днепром, на Киевщине, недалеко от Канева Гайдар вступил в партизанский отряд, действовавший в тылу у немцев. Партизаны укрывались в большом тёмном лесу, где росли вековые дубы, берёзы и сосны. В глубине лежали болота. Селений в лесу не было, кроме хутора, возле которого стоял небольшой лесопильный завод.

Отсюда партизаны совершали свои смелые налёты на вражеские машины и взрывали их понтоны на Днепре.

Гайдар был в отряде пулемётчиком, а когда надо было, то ведал и партизанской разведкой.

Разведчик он был смелый, никогда не терялся.

Разведчики часто заходили в деревню Леплява, в избу к Андриану Степанцу, который тоже был партизан.

Изба была небольшая, но жило в ней много хорошего народу: Феня — жена Степанца, два сына — Витя да Коля, две девочки — Лида и Нина, и старая бабушка Устя.

Возле избы росла дикая груша, калина и два развесистых вяза, ветвями своими закрывавшие весь двор.

Соберутся ночью партизаны в избе, сядут на лавку ужинать и совещаться о своих боевых делах, а бабушка Устя во дворе сторожит. Станет в тень под вязами и смотрит зорко вокруг.

[6] Французский ключ — популярная в XIX и первой половине XX века разновидность разводного ключа.

[7] В оригинальнм авторском тексте есть окончание предложения: «… о первом пароходостроителе — Роберте Фультоне.» (Р. И. Фраерман «Соболя», Детиздат, 1935 г.)