Герои Сталинградской битвы: читать начало книги онлайн

В январе 1943 года здоровье Еременко резко ухудшилось, но об этом мало кто знал. Еременко всеми силами старался, чтобы о его состоянии не узнал Сталин, и скрывал его даже от доверенных офицеров штаба. Хрущев, случайно став свидетелем острых приступов у Андрея Ивановича, доложил в Ставку. Было принято решение направить командующего фронтом на лечение в Цхалтубо. Переправляли генерала в лежачем положении на специально оборудованном легковом автомобиле. Ехать предстояло через Зимовники, Моздок, Орджоникидзе, по Военно-Грузинской дороге.

После напряженных дней под Сталинградом и на Южном фронте он никак не мог примириться с вынужденным покоем. Следил за тем, как, развивая общее наступление, войска Южного фронта 7 февраля 1943 года взяли город Батайск, а 14 февраля овладели Ростовом-на-Дону.

Отдыхая в Грузии, Еременко решил с пользой использовать появившееся у него свободное время и описать события недавних дней. Героизм защитников Сталинграда вдохновил его на стихотворную форму изложения, за 40 дней он создал поэму о Сталинграде. В своем обращении к читателям генерал написал: «После такого напряжения требовалась психологическая разрядка, у меня появилось непреодолимое желание изложить на бумаге то, что было пережито, рассказать о подвиге, совершенном нашим народом в Сталинграде. Вся грандиозная битва, казалось мне, стояла перед моим мысленным взором, подвиг наших людей воодушевил меня настолько, что я невольно стал писать о ней стихами». Поэма была подписана — «Генерал Иванов» (условная фамилия командующего Сталинградским фронтом в шифрованных донесениях Ставки). При жизни Андрея Ивановича поэма так нигде и не была опубликована.

В Цхалтубо ежедневно, слушая и читая сообщения Совинформбюро, Еременко мысленно переносился на фронт. Радио, газеты будили воспоминания о боевых товарищах. Генерал все острее чувствовал желание быть рядом с ними, делить все тяготы и напряжение фронтовых будней. Но лишь в апреле он научился ходить без костылей. Лечение шло успешно, у Еременко зажили практически все раны, и 7 апреля 1943 года он наконец смог выехать в Москву.

В столице генерал был вызван к Верховному главнокомандующему. Сталин сообщил ему о новом назначении: на этот раз командующим Калининским фронтом. Зайдя в Генеральный штаб, Еременко ознакомился с боевой обстановкой. Войска Калининского фронта подошли к Среднерусской возвышенности, к Бельско-Духовщинской гряде Валдая. Природный рубеж как нельзя лучше подходил для создания оборонительной линии, чем и воспользовался противник, развернув сильную оборону, опиравшуюся на природные объекты — болота, озера, леса. Всю зиму 1942/43 года вплоть до апреля войска фронта вели бои местного значения. Соседом справа был Северо-Западный фронт (командующий генерал-полковник И. С. Конев), а слева — Западный (командующий генерал-полковник В. Д. Соколовский). Перед Калининским фронтом оборону держали войска 3-й танковой армии генерал-полковника Г.-Г. Рейнгардта и часть сил XXVII армейского корпуса 4-й армии.

Путь к немецкой линии обороны был крайне сложным. Он проходил по земле, лишь недавно освобожденной от захватчиков: через Клин, Калинин, Ржев на Торопец. Командный пункт фронта располагался в 35 километрах западнее То-ропца. Дорога, по которой Андрей Иванович ехал к месту нового назначения, была ему хорошо знакома. Зимой 1941/42 года 4-я ударная армия вела здесь тяжелые бои. Это были места, опаленные войной: разрушенные города, сожженные деревни и села, и везде — братские могилы воинов.

Беглое знакомство с обстановкой на фронте показало, что необходимо немедленно решить четыре важнейшие задачи: как можно быстрее наладить снабжение войск, укрепить в инженерном отношении занимаемые позиции, привести в порядок дороги и развернуть боевую подготовку войск. Постепенно на всех участках фронта была укреплена оборона, проведен ряд успешных операций. Задачей фронта на первом этапе летней кампании 1943 года являлось обеспечение фланга наших войск и сковывание противника. Войска фронта должны были постоянно оттягивать на себя силы немцев, лишая командование противника маневра.

Гитлер готовился взять «реванш за Сталинград» на Курской дуге. Этот план был своевременно разгадан советским командованием, и в район Курска, Орла, Белгорода были направлены главные силы Красной армии. Чтобы обеспечить успех Красной армии под Курском, нельзя было давать вермахту передышки на других участках фронта, особенно в самом центре, в районе Духовщины и Смоленска. Калининскому фронту предстояло решать важнейшие оперативные задачи. Фронт располагался на одном из главных стратегических направлений — в междуречье Западной Двины и Днепра, вошедшем в героическую историю нашей страны под названием «Смоленские ворота». К середине июля 1943 года, то есть к началу подготовки Смоленской наступательной операции, войска Калининского фронта обороняли рубеж Жары (30 километров севернее Великих Лук) — восточнее Новосокольников — Усвяты — Велиж — Рядыни, общей протяженностью 340 километров. Занимавшие позиции напротив немецкие войска ожидали наступления советских войск на Смоленском и Рославльском направлениях и продолжали укреплять свои оборонительные рубежи.

Соединения Калининского и Западного фронтов, несмотря на хорошо подготовленную немецкую оборону, наносили столь сильные и болезненные удары, что немецкое командование не только не сумело снять с этого направления войска в помощь тем, что находились в районе Орла и Белгорода, а, наоборот, было вынуждено перебросить с Курского направления на центральный участок до десяти дивизий.

В ходе инспектирования воинских частей Еременко выявил недостатки в обеспечении подразделений боеприпасами и обмундированием. Эти недочеты в ряде случаев зависели не только от объективных причин, но и от старшин рот, от того, каким было их отношение к своим непосредственным обязанностям. Андрей Иванович разработал ряд мероприятий по улучшению снабжения соединений фронта. Он пришел к выводу, что для улучшения подвоза грузов крайне необходима железнодорожная ветка протяженностью примерно 120 километров (от станции Старая Торопа в направлении на Велиж), которая значительно сократила бы сроки снабжения трех армий всем необходимым. Еременко принял решение строить железную дорогу силами фронта, который при этом не прекращал вести боевые действия. В Наркомате путей сообщения никак не могли поверить, что военные строители могут построить дорогу без привлечения их специалистов, поэтому прислали своих представителей, чтобы ее опробовать, перед тем как разрешить движение. В дальнейшем эта железнодорожная ветка сыграла важную роль в осуществлении всех операций Калининского фронта.

В начале августа 1943 года возглавляемый Еременко фронт был усилен 3-м гвардейским кавалерийским корпусом. Теперь общая численность войск фронта составляла около полумиллиона человек.

Неожиданно для командования фронта Сталин сообщил по ВЧ о своем намерении приехать 5 августа на Калининский фронт, назначив местом встречи село Хороше-во под Ржевом. Во время встречи с Верховным Еременко доложил ему план Духовщинско-Смоленской наступательной операции, который Сталин одобрил. Как уже отмечалось, это был единственный за всю войну выезд Сталина на фронт для встречи с командующим.

Одиннадцатого августа 1943 года Еременко провел совещание с командным составом 39-й и 43-й армий, на котором был подробно рассмотрен план предстоящей операции по этапам и по задачам. Еременко отдал следующий приказ: «Верховное главнокомандование поставило перед войсками Калининского фронта задачу: во взаимодействии с правым крылом Западного фронта разгромить Духовщино-Ярцевскую группировку противника, имея в виду дальнейший выход на р. Днепр с захватом г. Смоленск. Подготовка войск к этой операции закончена. Приказываю командующему 39-й армии генерал-лейтенанту А. И. Зыгину и командующему 43-й армии генерал-лейтенанту К. Д. Голубеву с утра 13.08.43 г. перейти в решительное наступление».

Вскоре после начала наступления, 17 и 18 августа, противник контратаковал наши войска. Испытывавшая нехватку боеприпасов 39-я армия не могла обеспечить необходимую плотность огня при прорыве немецкой обороны. Возникла угроза срыва сроков наступления наших войск. На командный пункт фронта, который находился на направлении главного удара 39-й армии, 26 августа прибыли представители Ставки — командующий артиллерией РККА маршал артиллерии Н. Н. Воронов и командующий ВВС РККА маршал авиации А. А. Новиков — для координации взаимодействия Калининского и Западного фронтов. А. А. Новиков занимался также вопросами усиления 3-й воздушной армии фронта — в ее состав были переданы две новые авиадивизии. За действиями фронта внимательно следил и Сталин, который в телефонном разговоре с Еременко 22 августа сообщил ему о передаче Калининскому фронту 31-й армии из состава Западного фронта. 27 августа 1943 года А. И. Еременко было присвоено звание генерала армии.

В последние дни августа Калининский фронт продолжил наступление, но сопротивление противника становилось все более ожесточенным. На Духовщинское направление гитлеровцы перебросили новые резервы. В создавшейся оперативной обстановке Еременко решил перенести направление главного удара с выходом во фланги и в тыл Духовщинскому оборонительному району и овладеть городом Духовщина с запада и северо-запада. Противник приспособил к обороне городские толстостенные старые кирпичные здания, в то же время немцы боялись, что советские войска перережут важную дорогу, соединяющую Духовщину с Ярцевом и с Демидовой, и сосредоточили на этом направлении десятки артиллерийских батарей, а также свои основные силы.

Рано утром 19 сентября 1943 года в результате комбинированного удара с севера и юга войска Калининского фронта штурмом овладели важнейшим опорным пунктом немецкой обороны — городом Духовщина. Вечером 19 сентября Москва салютовала доблестным войскам Калининского фронта. 21 сентября фронт Еременко освободил город Демидов, 29 сентября — Рудню. За умелые боевые действия в Духовщинско-Демидовской операции войскам фронта была объявлена благодарность Верховного главнокомандующего. Первый этап Духовщинско-Смоленской операции был выполнен. Как вспоминал Еременко: «Более года укреплял противник свои позиции. Но войска нашего фронта в упорных боях проломили оборону противника.

Успех Духовщинской операции позволил нам открыть так называемые Смоленские ворота.

Вслед за Духовщинской была проведена Невельская операция, которая буквально ошеломила противника. Прорвав оборону, которая совершенствовалась и укреплялась в течение двух лет, за один день с боями наши войска прошли по сплошным заграждениям 40 километров и овладели важным опорным пунктом — городом Невель.

Успехи войск Калининского фронта имели важнейшие стратегические последствия и в значительной мере предопределили успех Ленинградского и Западного фронтов, намного облегчая их действия.

За успешное проведение Духовщинской операции я был награжден орденом Кутузова 1-й степени».

Двадцать третьего сентября советские войска перерезали железнодорожную и шоссейную дороги Смоленск — Рославль и полудугой охватили вражескую группировку в районе Смоленска. Развивая наступление, войска Калининского фронта освободили Смоленск, Невель, Рославль и вышли на оперативный простор: дорога в Прибалтику и Восточную Пруссию была открыта. Всего Калининский и Западный фронты сковали около 55 дивизий противника, чем способствовали успешному завершению контрнаступления Красной армии на Курской дуге.

В этой операции Еременко еще раз продемонстрировал свое умение малыми силами добиваться больших результатов. Позже ему удалось это и в Крыму, где Отдельная Приморская армия под его командованием совместно с 4-м Украинским фронтом во взаимодействии с Черноморским флотом и Азовской военной флотилией провела Крымскую операцию.

Одиннадцатого февраля 1944 года решением Ставки генерал армии Еременко был назначен командующим Отдельной Приморской армией. Это не было понижением, а, наоборот, очень ответственным назначением. Штаб армии располагался в станице Ахтанизовская Краснодарского края. Здесь произошла встреча Еременко с представителем Ставки маршалом Советского Союза К. Е. Ворошиловым, прибывшим сюда несколько ранее, а также бывшим командующим этой армией генерал-полковником И. Е. Петровым и начальником штаба армии генерал-майором П. М. Котовым-Легоньковым. Нового командующего ознакомили с расписанием войск и положением на фронте. В состав армии входили: 3-й горнострелковый, 11-й гвардейский стрелковый, 16-й и 20-й стрелковые корпуса и 4-я воздушная армия. Также командующему Отдельной Приморской армией в оперативном отношении подчинялась Азовская военная флотилия, которой командовал контр-адмирал С. Г. Горшков.

Перед вновь сформированной армией стаяла задача расширить Керченский плацдарм, переправить все свои силы на полуостров и провести подготовку наступательной операции с целью освобождения Крыма. В апреле и мае 1944 года соединения армии участвовали в Крымской операции. Замысел Ставки заключался в нанесении совместных ударов войск 4-го Украинского фронта генерала армии Ф. И. Толбухина с севера от Перекопа и Сиваша и Отдельной Приморской армии генерала армии А. И. Еременко с востока с плацдарма в районе Керчи. В начале операции войска Еременко должны были овладеть Ак-Монайскими позициями севернее Керчи. Это был последний укрепленный рубеж обороны немцев на Керченском полуострове.

Восьмого апреля 1944 года 4-й Украинский фронт перешел в наступление. В ночь на 11 апреля начала наступление Отдельная Приморская армия, развернувшая преследование противника по всему фронту. Утром 12 апреля войска Еременко освободили Керчь. Затем, прорвав оборону врага на Ак-Монайских позициях, на следующий день в районе Карасубазара они соединились с частями 4-го Украинского фронта. 13 апреля был освобожден Симферополь. В течение трех следующих дней части Отдельной Приморской армии по юго-восточному побережью Крыма продвигались к Севастополю, готовясь к штурму сильно укрепленного города. Освободив в кратчайший срок Южное побережье Крыма — почти 420 километров от Керчи до Севастополя, — Приморская армия спасла от разрушения его прекрасные здравницы. В ходе этих боев Андрей Иванович снова был ранен, но на этот раз легко.

Восемнадцатого апреля 1944 года А. И. Еременко был назначен командующим 2-м Прибалтийским фронтом. Возглавляемые им войска нанесли мощный удар на Идрицко-Режицком направлении и вышли на подступы городов Остров, Идрица, Пушкинские Горы. В июле 1944 года войска фронта успешно провели Режицко-Двинскую операцию, в ходе которой они продвинулись на запад на 200 километров. «За умелое руководство войсками и проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками мужество и героизм» Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 июля 1944 года генералу армии А. И. Еременко присвоено звание Героя Советского Союза.

В августе 1944 года 2-й Прибалтийский фронт, развивая наступление вдоль северного берега реки Западная Двина, продвинулся еще на 60–70 километров, освободив крупный железнодорожный узел — латышский город Мадона. О том, какие трудности пришлось преодолевать войскам в ходе этого наступления, Еременко рассказал в своей статье, опубликованной во фронтовой газете «Суворовец» (№ 199; август 1944): «Наши воины стремительно двинулись вперед на Рижском направлении и преодолели известные своей непроходимостью Лубанские болота… Переход через Лубанские болота есть выдающийся воинский подвиг. На этой гнилой местности, протянувшейся на десятки километров, считалось невозможным вести боевые действия, тем более крупными соединениями. Однако войска фронта за десять дней прошли с боями Лубанскую низменность, сбивая врага с оборонительных рубежей, совершая тяжелые обходы по непролазным топям и сбрасывая врага с дорог. Наши герои-гвардейцы шли по наспех проложенным гатям, пробирались вперед по пояс, а то и по горло в болотной воде, перетаскивая на себе свое оружие, — и победили. Честь и слава бойцам и офицерам лубанского перехода. Его участники — бойцы и сержанты — не уронили престиж доблестного русского солдата, известного со времен Суворова тем, что для него нет непреодолимых преград. Участники перехода — офицеры — показали такое искусство маневра в сложнейших природных условиях, которым можно по достоинству гордиться. В Лубанах приумножена гвардейская слава!»

Пришло время сражений совершенно другого рода. Теперь это были бои по преследованию противника и от командующего требовалось провести анализ управления войсками, чтобы повысить эффективность наступательных действий и взаимодействия всех служб и родов войск. И вновь первое, на что обратил внимание Еременко, была работа разведки. Ее организация в период преследования противника является сложным и кропотливым делом, поэтому, несмотря на то что она находилась под неослабным контролем фронтового управления, не удалось полностью избавиться от некоторых недостатков, особенно в корпусном и дивизионном звене. Нередко нарушалась столь необходимая непрерывность в действиях разведки. Система огня противника на переднем крае и особенно в глубине подчас выявлялась не полностью, поэтому артиллерии приходилось иногда вести огонь не по целям, а по площадям, что приводило к большому расходу боеприпасов при снижении эффективности. Были случаи, когда отход противника обнаруживался слишком поздно. Командиры ряда частей и подразделений не проявляли достаточной инициативы по быстрому реагированию на изменение ситуации, когда от них требовалось осуществить в сжатые сроки смелый маневр. Также командиры явно недостаточно использовали для ведения боя темное время суток. Действия групп и подразделений в тылу противника были, к сожалению, не всегда достаточно успешными.

В ходе наступательных боев в июле имели место и другие недостатки в организации управления войсками: отмечались случаи смены штабами своих командных пунктов без разрешения вышестоящих начальников, причем на прежнем месте не оставлялось ответственного офицера, который мог бы постоянно отслеживать меняющуюся обстановку и информировать вышестоящий штаб. При продвижении дивизий вперед заблаговременное изучение районов расположения КП дивизий производилось не всегда, а связь запаздывала с развертыванием. Бывали также случаи утраты связи с подчиненными частями и вышестоящими штабами на два-три часа, что крайне затрудняло управление боем. Некоторые командиры дивизий выдвигались вперед, не взяв с собой радиостанцию, в результате чего не могли четко и оперативно руководить своим штабом и подчиненными частями.

Опыт июльских боев показал, что при преследовании противника важнейшее значение для всего хода наступательной операции имеет способность артиллерии к быстрому маневру огнем и к перемещению на местности и ее обеспеченность боеприпасами. Для успешных действий самоходных орудий важнейшее значение имеет выбор и подготовка огневых позиций. Рельеф местности и наличие значительного количества лесов и кустарников обеспечивали скрытность выхода самоходок на огневые позиции и их хорошую маскировку. В большинстве случаев огневые позиции выбирались на опушках леса или в кустарнике с таким расчетом, чтобы можно было наблюдать за действиями противника и своих частей. Командующий фронтом отмечал в этой связи бой 18 июля 999-го самоходного артиллерийского полка полковника Н. Ф. Кожемячко. Скрытно заняв свои огневые позиции, в течение двух часов полк огня не открывал, ведя в это время наблюдение за противником. В результате удалось «засечь» большинство вражеских огневых точек и в последующем уничтожить их.