Выйдя на улицу города, оказалась в суете и гомоне, которых эти два дня не было. Было тихо, спокойно и даже как будто надежно.
От дома Андрея до ресторана «Чарка» было рукой подать. Я шла неспешно, и все равно через пятнадцать минут оказалась у дверей. Вздохнула перед неизбежным и прошла в холл. Обычно меня пускали через задний вход, когда была такая необходимость, потому сейчас я вызвала недоумение у метрдотеля.
— Давид здесь? — спросила девушку, поздоровавшись.
— Да, — неуверенно протянула она.
— Скажите, что к нему Даша Ворона пришла.
Девушка еще поглазела, потом потянулась за телефоном. Передала мои слова, поспешно сказав:
— Поняла, — убрала устройство и обратилась ко мне: — Идемте.
До кабинета Давида она почти бежала. Стукнув, открыла дверь, пропуская вперед. Дверь мягко закрылась, я так и осталась возле нее. Злой, как черт. Посверлил меня взглядом, а потом быстро подошел, я по инерции сделала шаг назад, уперлась в дверь.
— Жива, — усмехнулся он, спрятав руки в карманы брюк. — А я уже думал искать твое тело. Может, еще порадуешь и скажешь, что деньги при тебе?
— Денег нет, — посмотрела на него и отвела глаза. Тишина угнетала, и тяжелый взгляд Давида тоже. Он резко подался вперед, схватив за шею, прижал к стене.
— Ты что творишь, Ворона? — процедил тихо. — Или думаешь, я все прощу из-за нашего почти родства?
Я аккуратно качнула головой.
— Отпусти, — сказала ему. — С мертвой меня точно денег не взять.
Давид усмехнулся и разжал руку, отошел в сторону, качая головой.
— А с живой возьму? Где ты такую сумму достать собралась, Ворона?
Я присела на край дивана, выдохнула.
— Я готова работать на тебя бесплатно, пока не верну долг.
Давид только брови вздернул.
— А если ты со следующей партией сбежишь с концами? Я не могу верить тебе теперь.
— Я не сбегу. Я бы никогда не взяла эти деньги. Просто выхода не было. Правда, не было.
Давид посверлил меня взглядом.
— И на что тебе такие деньги?
Я молчала. Он устало поморщился, присев на край стола.
— Ворона, я ведь все равно узнаю. Если собралась отрабатывать долг, я хочу знать правду.
Я еще помолчала.
— Мирону нужна была срочная операция. Больше ждать нельзя. Мы собирали деньги, но… их не хватило.
Давид только головой покачал.
— Твой дружок ненаглядный, — усмехнулся все-таки. — А я не сообразил вас по отдельности искать, думал, вместе сбежали.
Повезло, что так. Но вслух я этого, само собой, не сказала. Зазвонил телефон, Давид, нахмурившись, снял трубку, бросил короткое:
— Да.