Чингиз-хан: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Предисловие

Пожалуй, не найдется человека, не знакомого с именем Чингиз-хана, а среди знающих историю ни одного, кто бы не изумлялся величию его деяний, оказавших огромное влияние на историю Азии и Европы. Необыкновенная, притягательная, страшная, незабываемая в поколениях людей личность, которой завидовали и у которой учились потомки. Даже великий хромец Тимур возводил свой род к Чингиз-хану, стремясь связать историю своей семьи с историей жизни великого завоевателя.

Человек, носивший имя Темучин, прежде чем стать Чингиз-ханом, родился в 1155 году и происходил из рода Борджигин племени тайчжиутов. Его отец Йессугай-багатур (багатур, баатур — один из титулов монгольской знати) был богатым нойоном. Вместе с его смертью в 1164 году распался и созданный им в долине реки Онон улус. Племена, входившие в состав улуса Йессугай-багатура, покинули семью умершего. Ушли и преданные лично ему нукеры (нукер — друг, товарищ), вооруженные дружинники, состоявшие на службе у ханов.

В течение нескольких лет горе и нищета преследовали семью Йессугая, а враги его рода не прекращали попыток расквитаться с женой и детьми некогда страшного воина, но именно с этого времени началось великое восхождение Темучина к вершинам власти и могущества. Выдававшийся ростом и физической силой, а также незаурядным умом среди своих соплеменников, Темучин сначала набрал из них шайку удальцов и занялся разбоем и набегами на соседние племена. Постепенно число его приверженцев росло. Его первым предприятием было успешное восстановление распавшегося улуса своего отца. Владения Темучина состояли из земель, лежащих в верховьях рек Тола, Керулен и Онон с их притоками, издревле считавшимися прародиной всех монголов и священным сердцем Монголии.

До 1206 года будущий «повелитель Вселенной» не задавался определенной целью вести завоевательные походы, он только искусно маневрировал среди окрестных враждебных племен: пользуясь центральным положением своего улуса, он нападал по отдельности на угрожавшие ему сильные племена, превентивными ударами предупреждая их возможные набеги на его земли, и, то хитростью, то подарками и подкупом, не допускал соединения против себя крупных вражеских сил. Неизбежным, хотя и малосознательным результатом этого было подчинение всей Восточной Монголии, а к 1205 году — объединение и Западной Монголии под властью Темучина.

1206 год — год великого перелома в жизни этого человека. Великий курултай ясно показал, что именно он реально владеет всей Монголией и что отныне именно ему подчиняются все монгольские ханы: так Темучин становится Чингиз-ханом (ханом ханов, или Великим ханом).

С 1211 года Чингиз-хан начинает знаменитый поход против своего прежнего сюзерена, владыки северного Китая, чтобы окончательно утвердить свой суверенитет в глазах монголов и соседних племен и царств. В 1215 году пал Яньцзин, столица северного Китая, а к 1218 году было завоевано Кара-Китайское царство, и на курултае 1218 года было решено идти на Запад. С 1220 по 1224 год длилась ожесточенная борьба с владыкой Хорезмийского государства хорезм-шахом Мухаммедом. Чингиз-хан завоевал территории обширной империи, а его воины достигли степей Южной России и разгромили русских князей в битве на реке Калка в 1224 году.

Последние годы своей жизни (1226–1227) Чингиз-хан посвятил окончательному сокрушению государства тангутов. Таким образом, начав с маленького бедного улуса, Чингиз-хан объединил всю Монголию, свергнул иго нюэчжей (династия Цзинь) и китайцев, сам покорил северный Китай, объединил в своих руках всю Центральную Азию и теперь ставил задачу овладеть всем миром, сделаться великим «джехангиром» — человеком, рожденным под счастливым сочетанием планет. Как передают, на великом курултае было уже решено в восемнадцать походов овладеть «Вселенной», и прежде всего всей Азией и Европой; на долю Бату-хана выпал первый и, к счастью для Европы, последний поход на дальний Запад. Завоевания в Азии и трения между преемниками Великого хана отвлекли внимание монголов от Западной Европы. Только восток Европы на долгие годы подпал под монгольское иго.

Как некогда Александр Македонский своим неслыханным по масштабам походом в Азию запечатлел свое имя в памяти бесчисленных племен и народов на века, так и Чингиз-хан навеки вошел в память народов, населявших Азию. Двигавшийся подобно бурному потоку или лавине вперед, неумолимый, как судьба, сметавший врага со своего пути, истребитель бесчисленного множества людей, никогда не стеснявшийся в средствах, сокрушитель многих славных и великих городов, но вместе с тем искусный организатор своих владений, мудрый правитель и великий законодатель — таким был Чингиз-хан в глазах современников и остался в глазах потомков. Его преемники с великим благоговением хранили и соблюдали правила искусства войны, выработанные и с блеском примененные именно Чингиз-ханом. Они жили его наукой истреблять или ослаблять покоренные сильные народы, дабы избегать восстаний недовольных, ассимилировать кочевников и эксплуатировать оседлых. Его сборник законов, известный под именем «Ясы», остался навсегда основой права азиатских кочевых народов, успешно конкурируя с Кораном и юридическими нормами буддизма.

Со времен Чингиз-хана на долгие годы утвердился особый социально-хозяйственный тип государства: феодально-племенной уклад жизни в могучих рамках обширной централизованной империи с великолепно отлаженным административным аппаратом и судопроизводством, с жестко и планомерно устроенным войском, с мастерски организованным симбиозом кочевников-повелителей и оседлых подданных.

Сказанного достаточно, чтобы открыть книгу жизни Чингиз-хана, но прежде необходимо представить сцену, на которой будет поставлена монгольская драма.

Итак, в какой этнической среде родился и вырос великий «джехангир», какова Монголия конца ХII — начала ХIII веков.

Вопрос о происхождении монголов до сих пор недостаточно выяснен. Их считают древнейшим населением Центральной Азии и полагают, что хунны (гунны), упоминаемые китайскими источниками за три века до нашей эры, были именно монголами, а вернее, их прямыми и непосредственными предками. На протяжении многих веков менялись названия племен, населявших Монгольскую возвышенность, но этническая суть народов, ее населявших, от этого кардинально не изменялась. Даже в отношении имени «монголы» в исторической литературе нет полного единогласия. Одни ученые утверждают, что под собственным именем «мэнгу» или «мон-гу-ли» монгольские племена известны уже китайским источникам с X века. Другие уточняют, что, скорее всего, лишь к началу XI столетия наибольшая часть нынешней Монголии была уже занята монголоязычными племенными объединениями. Они частью вытеснили с территории Монголии, частью ассимилировали жившие там раньше тюркские кочевые племена. По имени могущественного племенного союза «татар» («та-та», «да-да», «татар») соседние народы называли татарами и другие монгольские племена, только в отличие от собственно татар, иначе «белых татар», остальных монголов именовали «черными татарами».

Ученые, использующие эти аргументы, настаивают на том, что имя «монгол» до начала XIII века не было известно вовсе и что происхождение его, к сожалению, до сих пор в точности не выяснено. Эти ученые говорят, что имя «монгол» было принято официально только после создания единого Монгольского государства при Чингиз-хане (1206–1227 годы) и что его не сразу признали даже сами монголы, продолжавшие именовать себя по имени своих племен, родов (кланов) и областей Монголии. До 60-х годов XIII века персидские, арабские, армянские, грузинские и русские авторы называли всех монголов по-старому — татарами.

К концу XII — началу XIII веков монголы занимали обширные территории от Байкала и Амура на востоке до верховьев Иртыша и Енисея на западе, от Великой Китайской стены на юге до границ Южной Сибири на севере. Крупнейшими племенными союзами монголов, сыгравшими наиболее важную роль в последующих событиях, были татары, кераиты (кереиты), найманы и меркиты. Некоторые из монгольских племен («лесные племена») жили в лесистых районах северной части страны (и тогда, как и позднее, называвшейся Халха), в то время как другая, большая, часть племен и их объединений («степные племена») жили в бескрайних степях.

Существует и другая схема монгольского этноса, также восходящая ко временам весьма отдаленным. По ней монголов делили и делят до сих пор на три основные группы:

I. Западная группа монгольского народа, к ней относятся калмыки и ойраты (ойраты — название собирательное, которое обычно переводится как «союз четырех племен) — у Палласа — олоты, хойты, туммуты, бара-бураты; у Иакинфа — чоросы, торготы, хошоты, ХОЙТЫ.

По-монгольски западных монголов именуют олютами, по-китайски — слотами.

II. Северная группа. К ней относят бурятов.

III. Группа восточных монголов. Сюда относят халхасов и южномонгольские племена (иначе племена Внутренней Монголии — чохары, суниты, харачины, тумуты, ураты, монголы Ордоса (ордосские монголы)), — и племена Восточной Монголии и Маньчжурии — горлосы, хорчины, дурбуты. Однако есть племена, не относящиеся ни к одной из вышеуказанных групп (баргуты, дауры и некоторые другие).

Вернемся, однако, к «лесным» и «степным» монголам.

Основными видами производственной деятельности лесных племен были звероловство и рыболовство, а степных — кочевое животноводство. Но с течением времени все больше лесных племен переходило к разведению домашних животных, а увеличение численности стад неизбежно вело к тому, что лесные монголы выходили из лесов в степи, становясь кочевыми животноводами. Торговля монголов находилась в руках уйгурских и мусульманских купцов, выходцев из Восточного Туркестана и Средней Азии.

Своей письменности до XIII века у монголов еще не было. Но в среде найманов, самого культурного из монгольских племен, употреблялась уйгурская письменность. Религией основной массы монголов к началу XIII века оставался шаманизм, и в качестве главного божества почиталось «великое синее небо». Также монголы почитали духов предков и божество земли. Знатная верхушка племени кераитов (кереитов) в начале XI века приняла христианство несторианского толка, а среди найманов были распространены буддизм и христианство. Именно через уйгуров проникли в Монголию обе эти религии. Соседи монголов уйгуры, тюркский народ, кочевавший на севере Центральной Азии, когда-то были повелителями всей Монгольской возвышенности. В середине VIII века именно они владели территорией, занимаемой сейчас Монголией, создали мощное государство, которое пало в 840 году н. э. под ударами киргизов (кыргизов), живших в то время в бассейне верхнего Енисея. После разгрома уйгуры отошли на юг и образовали княжество в районе Хами и провинции Ганьсу. Уйгуры имели алфавит, заимствованный ими у иранского народа согдов (согдийцев), которые еще в III в. н. э. переняли арамейский алфавит у народов Передней Азии. Именно при Чингиз-хане алфавит уйгуров был заимствован монголами, а позже и маньчжурами.

Задолго до XIII века, в эпоху господства первобытно-общинного строя, когда скот и пастбища были собственностью рода (родовой общины), монголы кочевали родами и располагались на стоянках, или кочевьях, кольцом вокруг юрты главы рода. Однако постепенно прежний способ кочеванья сменился аильным (аил — большая семья), т. е. из родового превратился в семейный, претерпев тем самым значительное изменение. Родовое общество клонилось к упадку.

Уже в XII веке в каждом монгольском племени существовал слой знати — нойоны. Ханы, стоявшие во главе племен, из простых племенных вождей становились царьками, но еще долгое время земли, пастбищные угодья считались (хотя подчас и номинально) коллективной собственностью племени.

Внешние формы первобытно-общинного строя сохранялись еще долго, так же, как сохранялось деление на племена и роды. Племенные ополчения, ядро и сердце монгольского войска, строились для боя по родам, имея во главе себя своих наследственных нойонов (князей-правителей). Женщины-монголки в пределах рода и семьи пользовались значительной свободой и немалыми правами. Браки внутри рода были строго воспрещены. Широко практиковалось умыкание невест.

Персидский историк начала XIV века Рашид ад-Дин прямо говорит, что у монголов никогда до начала XIII века не было «могущественного деспота-государя», способного объединить разрозненные племена, прекратить кровопролитные междоусобные войны и направить всю энергию своих неутомимых в брани, вражде, препирательстве и грабеже соплеменников на покорение не самих себя, а других, много более могущественных (как казалось) и богатых народов. Так было до начала XIII века. Но в начале этого столетия разноплеменная знать сплотилась вокруг вождя степных монголов Темучина, получившего титул, а потом и имя, Чингиз-хана; судьба монгольских племен круто переменилась…

Предисловие автора

Книга эта — всего лишь попытка пролить свет на жизнь человека, лично ответственного за те исторические катастрофы и их ужасные последствия, которые изменили лицо истории и ход ее не только в Азии, но и в Европе.

Звали этого человека Темучин, но в историю он вошел под именем «Чингиз-хан».