Световая мечта: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бледный свет печальной луны слабо отражался от линзы тоненького телескопа, к окуляру которого прильнул статный юноша в смешном по современным меркам фраке. Его взгляд уже который день утопал в мире прекрасных созвездий и необыкновенных небесных тел, но сегодня в поле зрения голубых глаз предстояло попасть особенно интересному объекту.

Освещаемая дышащей ядовитыми химическими соединениями ярко-красной звездой планета, казалось, была буквально испепелена гневом соседних небесных тел. Тёмно-серая поверхность, едва укрываемая разорванной в клочья атмосферой, была покрыта горящими ссадинами в виде расщелин и кратеров, которые переплетались между собой, как артерии неведомого организма.

Две небольших сферы на орбите этой несчастной планеты – рождённые в боли дети, молчаливые наблюдатели вечной агонии своего родителя – медленно скрывались за её массивным телом, словно испугавшись любопытных глаз далёкого наблюдателя.

Учёный вздрогнул, то ли от ночных заморозков, то ли от того, что никогда доселе не наблюдал подобной картины; осторожно отодвинулся от телескопа, вынул из-за уха карандаш и стал жадно записывать и зарисовывать увиденное в потрёпанную тетрадь. Внизу страницы поставил кривой восклицательный знак и вернулся к наблюдению.

В этот момент где-то глубоко в горячих недрах измученной планеты вспыхнул всепоглощающий огонь надежды.

…Если бы время в Солнечной системе исчислялось днями, то этот был бы так же непримечателен, как и миллиарды других дней до него.

Купалась в космической пыли голубая планета, обдуваемая лихими солнечными ветрами. Не отрывала ни на секунду от неё свой взгляд её белоснежная невеста. Где-то далеко-далеко, ближе к Солнцу, принимала серную ванну их общая подруга и умирал от жары выбравший слишком тёплое место карлик. С другой стороны лениво вращался покрасневший от стыда, но всё же оставивший себе два аккуратно вынутых из тугого астероидного пояса кусочка Марс. Сквозь время смотрел на остальных единственным глазом многодетный Юпитер. Гремел кольцом, хвастаясь перед своим желтоватым слугой, горделивый Сатурн. Ёжился от холода, надев на себя тоненькое кольцо, молчаливый Уран, вечно сопровождаемый своим буйным братом Нептуном. Лил ледяные слёзы разжалованный в карлики Плутон, ища утешение среди бесконечных просторов пояса Койпера.

Однако где-то в глубинах голубой планеты как-то по-особенному копошились люди. Они беспорядочно бегали по поверхности, переговариваясь между собой короткими фразами, а затем замерли, спрятавшись в криво построенных домиках.

Их передовое творение – белоснежная ракета – с рёвом оторвалось от земли, покидая напряжённых создателей. Сопротивляясь плотной атмосфере, ракета гордо летела вверх, гонимая раззадорившимся огнём. Её корпус дрожал, то ли от чрезмерных нагрузок, то ли от страха; наконец, ракета, сбросив ненужную ступень, вошла в бездушное космическое пространство. Раскрылся защитный конус, и на свет, щурясь от солнечных лучей, появился маленький металлический шарик. Семеня тонкими ножками, он поплыл по орбите Земли, не подозревая, какое ликование уже успел вызвать у людей внизу.

«Бип-бип!», – тихо раздался голос первого искусственного спутника Земли, знаменуя праздник мужественной зрелости советской науки.

«Бип-бип!», – донёсся голос спутника до планет Солнечной системы.

«Бип-бип!», – голос спутника раскатился гулким эхом по уголкам Вселенной.

«Бип-бип!», – сквозь боль услышала кипящая планета, что уже вот-вот собиралась потушить тлеющий огонь надежды, который после этих произнесённых в глубинах ужасного космоса слов разгорелся больше прежнего.

Солнечные лучи подхватили её ликование, разнося его на миллионы и миллионы километров по хитрым созвездиям и ярким туманностям, по пылающим звёздам и скучающим планетам.

…В этих местах царил запах тающих одуванчиков, смешанный в свежем воздухе с непередаваемым ароматом хвойного леса. Солнце бросало последние лучи на лесную чащу, провожаемое бархатным пением птиц. Словно брошенный кем-то на грязную землю алмаз, посреди поля сиял огромный купол монументального сооружения, которое было принято называть обсерваторией. Глубоко в его стенах кипела работа.

За толстым дубовым столом, чуть прогнувшимся от тяжести лежащих на нём документов, сидел низкорослый сгорбившийся человек. За его большими очками устало бегали туда-сюда беспокойные глаза, считывая данные, мозаикой из пикселей появляющиеся на пыльном экране монитора. Руки были заняты заполнением несчётного числа бланков. Желтоватый халат скрывал под складками заляпанный бейджик с криво наклеенной на него фотографией. Казалось, что человек действовал уже машинально. В редкие моменты времени он ёрзал на скрипучем стуле.

А на экране монитора то и дело появлялись изображения планет. Маленькие луны, навеки застрявшие в ледяных казематах, сочащиеся ядом планеты, огромные газовые гиганты – практически всё, что человек открыл за десятилетия плотного изучения космоса, было здесь. Горбатый учёный словно проводил перепись жителей Вселенной, заполняя базовую информацию о показываемых послушным компьютером небесных телах.

Наконец, по ту сторону экрана перед глазами учёного появилась она. Закипающая от собственной безысходности планета и два её слепых смотрителя, они числились открытыми ещё сотню с лишним лет назад. Однако никакой информацией, кроме примерного местоположения, о ней компьютер не располагал. Учёный вздохнул. Ну вот, ещё одна «пустышка»!

Он встал, слегка оттряхнулся, потянулся и, стуча начищенными туфлями, пошёл в сторону сложного телескопа. Остановился около сложного устройства, нажал несколько кнопок на его поверхности; ввёл несколько цифр на выехавшей панели; подошёл к огромному телескопу, встал на заботливо приготовленный кем-то помост и, то и дело поправляя окуляр, принялся вглядываться в звёздное небо.

Перед его глазами предстала практически та же картина, что и перед смешным юношей во фраке полтора века назад. Однако, в отличие от изображения на компьютере, в увеличении телескопа она казалась… …живой?

Учёный на несколько секунд опешил. Его закореневший ум явно не был привык к таким сюрреалистичным открытиям. Однако вскоре он сделал вполне адекватный вывод: планета просто была раскалена до таких высоких температур, что горячие потоки, текущие по её поверхности, были похожи на пульсирующие сосуды.

Человек отстранился от телескопа. Он подошёл к своему столу, лизнул палец, чтобы отлепить один бланк от других в стопке; взял треснувшую шариковую ручку и стал что-то записывать на листке. Приложив некоторые усилия, открыл ящик стола; среди кучи хлама и сложенных вчетверо бумажек нашёл красный маркер; обвёл записанный на бланке текст и отложил его отдельно от других. Бедная планета всё же привлекла его внимание.

Вместе с этим она обеспечила себе пристальное наблюдение со стороны любопытных учёных по всей голубой планете Земля.

…На высоком потолке большого зала, поддерживаемом толстыми белыми колоннами, звенела от легких дуновений ветра стеклянными бирюльками массивная люстра. Сотни людей, одетые в милые выглаженные костюмчики, сидели в чёрных кожаных креслах. На сцене зала выступал низкорослый седой мужчина в больших тонких очках. Его дрожащие руки сжимали потёртую пластиковую указку. Он стучал ею по проектору, который показывал то сложные диаграммы, то таблицы, заполненные громоздкими формулами и приблизительными значениями.

– …Таким образом, – устало говорил он, – мы можем прогнозировать полное разрушение экзопланеты как раз к тому моменту, когда спутник достигнет системы.

Кто-то в зале поднял морщинистую руку.

– Да… да, у вас вопрос? Задавайте.

– Вот вы говорите, – захрипел старик, – что планета разрушится, вот, как спутник попадёт в систему. Какова вероятность, что его, так сказать, не шлёпнет от взрыва, как «Центавру»?

Мужчина поёжился. Ему опять припомнили «Центавру» – спутник, который запускали к Альфе Центавра, и который был предположительно уничтожен разбушевавшейся планетой, подобной той, в сторону которой он призывает отправить спутник сейчас.

– Вы знаете, – откашлявшись, начал он, – опыт «Центавры» дал нам возможность уделять большее время как, э-э, безопасности траектории спутника, так и прочности, износостойкости корпуса. Поэтому, как я считаю, сейчас риск повторения ситуации минимален. На Луну тоже не с первого раза попали, знаете ли…