‒ Судя по показаниям датчиков, ‒ внезапно вступила в разговор Небула, ‒ через станцию прошел разряд силы, превышающей предел прочности конструкции.
«Больно странно себя ведет Небула», ‒ подумал Фишер.
‒ Спасибо, Небула, ‒ сказала Женя.
‒ Второй закон робототехники – робот должен повиноваться всем приказам, которые дает человек, если это не противоречит Первому закону.
‒Хорошо, Небула, ‒ вмешался Энтони. ‒ Какой тогда Первый закон?
‒ Вы и без меня его хорошо знаете.
‒ Отвечай! ‒ грубым тоном сказал Фишер.
‒ Да отстань ты от нее, чем она тебе не угодила? ‒ вступился капитан.
Энтони глубоко вздохнул.
‒ И не трать так много воздуха. Вон лучше иди, помоги Мэдоке.
Фишер подлетел к нему и пришел в ужас, когда увидел его мертвенно-блестящие глаза и посеревшую кожу.
‒ Он мертв, ‒ резко заявил Тони.
Евгения попыталась прикрыть рот от испуга, но ее рука уперлась в кислородную маску:
‒ То есть как это?
‒ Ну, вот так, ‒ сказал Фишер. Он пребывал в глубоком шоке от увиденного. Капитан молчал. Его мысли путались.
‒ Небула! Небула! ‒ закричал Энтони. ‒ Почему ты нам не сообщила? Почему? Что с тобой не так?
‒ Заткнись Фишер! ‒ крикнул Степан Аристархович. ‒ Небула тут причем? Она и так работает на 42 процента!
‒ Что с ним произошло? Почему он умер? ‒ срываясь на слезы и всхлипывая спросила Попович.
Капитан подлетел к ней:
‒ Тише, тише, Женечка, успокойся, для нас это тоже шок, но не надо терять самообладание. ‒ Голос Кондрашева в этот момент был похож на голос отца, который успокаивает свою маленькую дочь. ‒ Фишер, осмотри тело, ‒ в более холодном и резком тоне обратился Степан Аристархович к Тони.
‒ Сейчас осмотрю.
Он снова подлетел к телу Томохиро и начал медленно его осматривать. Фишер опустил воротник и увидел на шее синие гематомы, а расстегнув рубашку, увидел повреждения в районе ребер, на ногах никаких следов обнаружено не было. Ощупав места повреждения, Энтони сказал:
‒ На шее и груди явные следы ударов. Ребра сломаны. Шея перебита. Смерть практически мгновенная, судя по всему, я не врач, точнее сказать не могу, ‒ говорил Фишер с возмущенным тоном.
‒ Что ж, похоронить мы его не можем, ‒ с сожалением говорил капитан. ‒ Однако надо его тело сохранить до возвращения. Обмотай его тканью поплотнее и отнеси в один из шлюзов. Затем разгерметезируй. Ах, да, и поставь замки только на ручное управление, мало ли что.
‒ Что-то мне жарко становится, ‒ сказала Попович.
‒ Система охлаждения вышла из строя, ‒ сообщила Небула, ‒ целостность системы снизилась на 0,18%.
«Что-то тут точно не так. Система охлаждения работает по большей части пассивно. Но жарче действительно стало», ‒ думал Фишер, вытирая со лба пот и перенося тело в один из шлюзов.
Когда он возвращался, Евгения и Степан Аристархович находились рядом с пультом связи.
‒ Небула, сообщай о повреждениях систем по мере того, как они происходят.
‒ Хорошо, капитан.