— У Астрагора недавно были такие мысли, но потом передумал. — нахмурился Рок.
— Почему? — поинтересовалась Диана.
— Ну, потому что для него это уже перебор. Решил позже назначит войну.
— И всё же назначил. — вздохнул Марк.
Пока они говорили, Василиса с любопытством оглядывала часовые стрелы, но не нашла в них ничего необычного. Только одно обстоятельство привлекло ее внимание — некоторые из стрел были свернуты в кольцо, как часовой браслет.
Как будто прочтя ее мысли, Маришка спросила у Елены, что это за часовые браслеты.
— Эти стрелы были сняты с мертвых тел, милая, — ответила та. — Зачастую на войне побеждает тот, кто застанет врага врасплох и ударит первым… Та самая теория первого удара. — На ее лице застыло некое странное одухотворенное выражение.
— Ужас какой! — ужаснулся Рознев.
— Она их и прикончила, Лёш. — вздохнула ЧК.
— Аа! Зачем вы мне это рассказали! Господи, ужас какой!
Василиса растерянно оглянулась и вдруг перехватила взгляд Марка, обращенный на госпожу Мортинову: в глазах мальчишки читалось неприкрытое восхищение. Маришка тоже взирала на Елену чуть ли не с благоговением, примерно как Дейла смотрела на нее саму, и только Норт продолжал глазеть на часовые стрелы.
— Очень интересная картина. — закатила глаза Маришка.
— Теория первого удара не всегда действенна, — неожиданно произнес Нортон-старший. — Кроме того, это техника слабого.
Его глаза хитро прищурились. Стало понятно, что он поддразнивает Елену.
— Всегда прав тот, кто победил, Нортон. — Госпожу Мортинову не просто было застать врасплох. — Прав тот, кто выжил. Прав, жив и силен.
— Не всегда. — отрицательно покачала головой ЧК.
— Чушь говорит… — вздохнула Дейла.
К счастью, они все пошли дальше, а Марк с Нортом принялись обсуждать правила крылатого боя. Говорил больше Марк. Мальчишка хвастался тем, что уже не раз участвовал в крылатых поединках, и Норт жадно внимал ему.
К счастью, экскурсия закончилась. Их привели в столовую, богато украшенную розами, гвоздиками и веточками папоротника, где Елена объявила торжественный ужин. Где-то под потолком зазвучали скрипки, и в зал стали собираться остальные гости — Василиса наконец-то увидела всех Драгоциев, в числе которых были Фэш и Захарра. Мальчик даже не посмотрел в ее сторону, и раздражение Василисы только усилилось. Хорошо, что хоть его сестра незаметно кивнула ей в знак приветствия.
— Мог бы ей хоть кивнуть, как Захарра? — возмутилась Гроза.
— Нет, не мог. — покачал головой Фэш. — Астрагор следил.
Нортон-старший и Елена уселись во главе стола, словно молодожены. Слева от них посадили Мандигора и еще каких-то важных часодеев из РадоСвета, одетых празднично — в парадные костюмы и белые мантии. После них по правую сторону сели Драгоции — Рок, Войт, Захарра и Фэш. Василисе пришлось сесть между Дейлой и Маришкой, а Марк опять очутился напротив, да еще между Ярисом и Нортом.
Ярис слегка улыбнулся Василисе, и она тоже улыбнулась в ответ. На этом их приветствие закончилось. Бронзовый ключник был симпатичен ей, но он по-прежнему водил дружбу с Марком, а значит, был ее врагом.
— Эх, как же я тебя понимаю… — вздохнул Ярис.
— Знаешь, у меня почему — то было ощущение, что ты был не за кого. — предположил Марк.
— Так и есть. Я сохранял со всеми нейтралитет.
— Как жаль, что наш дорогой среброключник сидит так далеко от нас, — нарочито громко начал Марк. — Любопытно узнать, как его дела… Как встретил его родной дядя, — добавил он тише.
— Прекрасные дела Марк, понял? — с улыбкой произнёс Фэш.
— Понял. — улыбнулся Марк.
Невольно Василиса кинула взгляд в сторону Фэша, который делал вид, что заинтересован разговором между Роком и Мандигором. Правда, у девочки создалось впечатление, что мальчик только что отвернулся.