— Ты такой милый, когда сердишься.
— Буэ Примаро, у меня невеста…
Никто не заметил, как Рэт почему — то помрачнел.
— Ладно, сами напросились, — нехотя буркнул он. — В общем, так… Мой дядя — великий Дух Астрагор, самый сильный часовщик Осталы… Его духовный род начинается с тех самых первых духов, освоивших часодейство. Астрагор знает столько всего… Самые древние часодейные эферы доступны ему… — говорил Фэш медленно, словно бы специально фильтровал свою речь, боясь проговориться о чем-то важном. — Первое, что вам будет интересно узнать, — он презирает и поэтому не соблюдает Закон о Часовом Равновесии. То есть использует все часодейство — и белое, и темное.
— Ого какой он! — воскликнул Лёшка. — Я также хочу!
— Мечтать — не вредно! — поверил Марк улыбнувшись.
— Ты хочешь сказать, иногда он часует с помощью запретных эферов? — нахмурилась Диана.
— Да. Он учил нас всяким вещам. Например, как зачасовать человека, причиняя боль. Как убить фею… даже с высокой часовой степенью… Как отнять часовой дар. Сломать крылья и передать другому… И даже как забрать у человека душу.
— Беру свои слова назад! — произнёс Лёшка, отчего все засмеялись.
— Да… — протянул Миракл. — Астрагор тот ещё убийца.
— Самый настоящий. — согласился Нортон.
— Ой, кто бы говорил! — усмехнулась ЧК.
Последние слова он произнес очень тихо.
— Не может быть! — ахнула Диана. — И ты… Ты все это умеешь?!
— Нет! — отрезал Фэш. — Но если бы остался, конечно, научился бы.
Произнеся это, мальчишка так свирепо глянул на фею, что она смутилась и отступила в тень веранды.
— Извини, — пробормотала она. — Теперь я понимаю, почему ты сбежал.
— Я ушел не из-за этого. Запретное часодейство по-своему интересно. И не смотри на меня так, Диана Фрезер. Интересно в теории.
— Как можно учиться у этого старика?! — не унимался Лёшка. — Это же ужасно!
— Местами нормально. — улыбнулась Захарра.
Воцарилось молчание.
В лесу за забором стрекотали цикады, слышался шелест листьев, ленивый скрип сосен. Вот где-то в чаще деревьев громко треснула ветка и вслед за этим сонно вскрикнула неизвестная птица. Представив, что вскоре они углубятся в самую чащу леса, Василиса поежилась.
— А из-за чего ты ушел, Фэш? — тихо спросила она.
Тот никак не прореагировал на ее слова, и девочка вновь подумала, что он ей не ответит.
И опять ошиблась.
— Я ушел, потому что стал лучшим. — Он глянул на нее с вызовом, будто опасался, что Василиса осудит его за хвастовство. — Лучшим из лучших десяти… Конечно, если не считать самого старшего из нашего рода — Рока Драгоция.
— А кто это, Рок Драгоций?
— Дебильный вопрос. — улыбнулся Рэт.
— И не говори, милый. — засмеялся Примаро, над краснеющим Рэтом. — Но ей простительно.
— Эй, не замерзли? — раздался ехидный голос Норта.