Воцарилось молчание. Слышалось тихое потрескивание огня в камине, пыхтение сигары Миракла да легкий перестук чашек, возвращаемых на блюдца после очередного глотка кофе.
— Он сам выбрал мальчишку, — наконец произнес Нортон-старший. — Никто не понимает почему… Дорого бы я дал за эту информацию. А кстати, ты ведь не знаешь главного: Астрагор созвал вдруг тайный совет и заявил, что сын Диамана будет его следующим преемником.
— Так и произошло, но я не стал вторым Астрагором. — облегченно выдохнул Фэш.
— И это кстати хорошо! — просияла Дейла.
— Даже больше, чем хорошо, Дейла. — улыбнулся Ярис.
— Ух, это точно!
— Что, вот так вот, ни с того ни с сего? — усомнился Миракл.
— Да, представь себе. Несколько сотен лет мы, орденцы, ждали, что преемником будет один из нас. Как же все боялись… Да мы все просто лопались от страха, Миракл!
Главная наша цена за учебу у самого великого часодея Осталы — это жертва, которую принесет всего лишь один из нас. Страшно представить, сколько раз мы производили расчеты, собирали клубки из вероятностей. Я помню себя, просыпающегося среди ночи в холодном поту, после сна, в котором я был им — новым Астрагором.
— Ох её… — протянули все.
— Вот это реально жёстко… — кивнула Маришка.
— Соглашусь. — сказал Ярис
Представляешь, подхожу к зеркалу и вижу его угрюмое, старческое лицо, холодный взгляд из пропасти бездонного раскола… Брр… — Отца Василисы передернуло от воспоминания. — И вдруг он почему-то выбирает малыша, едва принявшего часодейство, и сразу же вводит его в круг старших, назначая СЛЕДУЮЩИМ.
— Слова противоположны происходящему. — улыбнулся Родион. — Фэш жив, здоров.
— Точно! — обрадовался Марк. — Сто лет ждал!
— Это с другой стороны так страшно… — зажмурился Лёшка.
— Понимаю, не приятно это слушать. — кивнул Нортон.
— Наверняка есть причина, которой никто не знает. Веская причина. Скажем, Астрагор увидел какой-то знак, связанный с мальчишкой.
Послышалось раздраженное фырканье, затем скрипнуло сиденье кресла — это Нортон-старший резко вскочил и прошел к самому окну.
— Так… — с замеранием сердца произнёс Ник.
— Вот это щас было опасно… — понимающе кивнул Рэт.
— Стелс то какой… — протянул Марк.
— Этого никто не отрицает. — согласилась Николь.
Василиса боялась дышать — отец находился невероятно близко от них. Сейчас она во всех подробностях видела его лицо, вдруг ставшее хмурым: сетку мелких морщин на лбу, светло-зеленые глаза с янтарными крапинками, в окружении частых белесых ресниц, тонкие губы, упрямо сжатые в линию, немного вздернутый подбородок. Василиса разглядела даже смешную родинку в виде полумесяца под его левым ухом, возле самой мочки, которую никогда не замечала раньше.
— Поверь, Василиса, даже я где — то в третей книги заметил свою родинку. — хмыкнул Нортон.
— Ну ты и конечно слепоашара! — засмеялся Миракл. — В окно не смотришь, пьяница
— Ой, да иди ты!
Нортон-старший снова заговорил:
— Я тоже предполагал подобное. Знак, видение в будущем, может, символический расчет судьбы. К сожалению, мы вряд ли об этом узнаем.
— Ну хорошо, сынок-то сейчас у тебя, — принялся рассуждать Миракл. — Астрагор вскоре вернется и неизвестно в каком обличье. Он будет слаб, но все же постарается забрать мальчишку. Маленький Драгоций вдруг начал сопротивляться — и кому, своему учителю… Не заплатил великую цену… Такой долг не прощают.