Живи и ошибайся: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

За столом я был повторно представлен дочери Наталье, которая сразу проявила заинтересованность в Петеньке. Он, в отличие от меня, выглядел и моложе, и моднее. То, что росточком не вышел и щуплый, так тоже — по моде-с. Пожилая матрона, которую посадили слева от меня, была какой-то дальней родственницей. Еще за столом присутствовали две не то компаньонки, не то гувернантки. Возраст дам я не смог определить даже примерно. Напудренные белые лица больше напоминали зомби.

Ещё у Данненбергов было трое детей более младшего возраста, но им пока не разрешалось сидеть за одним столом со взрослыми.

В разговорах я как мог лавировал, обходя тему оружия и того, как бы подобное приобрести, пусть и задорого, из Америки. Помещик готов ждать и раскошелиться. Вот же пристал как банный лист! И задумчивый взгляд сыночка Данненберга мне совсем не понравился. Пожалуй, ни в какой Бузулук я не поеду. Вернее, скажу, что туда, а сам два дня погощу и рвану домой. Алексея нужно предупредить, что наше оружие может стать проблемой. Помещики в это время ещё те разбойники, особенно на своих землях. Прибьют меня по-тихому и не докажешь ничего.

Зато мой гувернёр ничего не замечал и был счастлив свалившемуся развлечению.

— Пьер… — и дальше «ля-ля-ля» по-французски выспрашивала у него что-то Наталья, изображая из себя чувствительную барышню.

Родители смотрели на это вполне благосклонно. Не сразу я сообразил, почему именно поменялись взгляды. Только когда Ростислав Андреевич второй раз уточнил, есть ли у Похвистневых еще близкие родственники, сообразил, что за Елизаветой дадут приданое одну-две деревеньки, но поместье после смерти помещика отойдёт наследнику мужского пола. Петя главный претендент. То, что он управлять хозяйством не умеет, не интересуется жизнью крестьян и вообще неприспособлен к труду — дело десятое и обычное для этого времени. Многие дворяне получают доход от своих земель и смутно представляют, где их собственные владения расположены. Как там управляющий (обычно иностранец) управляет, так оно и будет.

Такой нюанс, что Петя в карты много денег спустил, тоже в порядке вещей считается у молодежи, особенно в Петербурге. Выпив вина, «Пьер» раскраснелся, начал хвалиться, как чуть было не поучаствовал в дуэли за честь госпожи Аксаковой. Потом-то всё разрешилось к удовольствию сторон, но сей сомнительный подвиг Петя себе приписал.

— Пьер, вы такой утончённый, хотите, я свою тетрадь со стихами покажу? — обрадовала его Наталья, явно воспитанная на французских романах.

Не в курсе, каков Петя любитель стихов, но точно знаю, что Дуська ему перины взбивает каждый вечер не просто так. С другой стороны, может, оно так у господ принято? Одна девица для души, другая для тела. Крестьянок-то и за людей не считают. При этом благородным дамам пишут стихи и поэмы, выражая восхищение обликом и чем-то там ещё.

Пару книжек с поэзией я по настоянию Пети пролистал. Даже «Литературную газету», которую он привёз из Петербурга, просмотрел, удивив своего учителя тем, что знаю, кто такие Александр Сергеевич и Василий Львович Пушкины, рискнув прочитать из Александра Сергеевича только «Прощай, свободная стихия». Больше ничего из раннего у поэта не помнил. Вдруг те стихи, что я знал, еще не написаны?

Не то чтобы я был поклонник Пушкина, но какие-то школьные знания сохранились. И не только из поэзии, но и прозы. У нас же в школе Пушкина чуть ли не с первого класса учат. Помню, в девятом я даже реферат писал о монографическом творчестве Александра Сергеевича. Пришлось глубже вникнуть в его биографию. С тех пор как мужчину Пушкина я перестал уважать.

И пусть меня закидают тапками на тему того, что это гений и алмаз русской поэзии. Не спорю. Согласен и с тем, что на развитие лингвистики русского языка он оказал влияние. Его новшества в морфологии и синтаксисе были приняты в основу учебников по грамматике. Да что далеко ходить, достаточно открыть любую книгу Пушкина. Того же «Дубровского» или «Метель». Для любого человека начала двадцать первого века текст не покажется чуждым.

Исчезли «еры» и «яти», обращение людей к друг другу немного изменилось, но в целом текст написан понятно. Хотя здесь, в провинции, на таком чистом русском языке не разговаривают. При этом критики из современных мне читателей могли бы «Метель» Пушкина разнести в пух и прах. Если не знать, что писал гений русской поэзии, то не сложно докопаться до «картонности персонажей», примитивности сюжета, напоминающего дешёвые дамские романы, который будто сопливая школьница писала, сочинив нехитрую историю, где всё хорошо заканчивается.

Такое ощущение, что Пушкин не жил в деревне, не видел настоящей жизни крестьян. У меня за неполные два месяца проживания в начале девятнадцатого века впечатлений выше крыши. Потому и удивляюсь тепличным растениям вроде Пети с Наташей. Ладно дамам вроде как ничего, кроме музыки, стихов и вышивания, не нужно, но почему молодые дворяне ни к чему не стремятся? Выдумывают себе какие-то идеалы, рассуждают о либерализме и каких-то далёких от прозы жизни понятиях.

Тот же Пушкин получил не просто прекрасное образование, а очень престижное для этого времени. И что он делает дальше? По идее, должен служить, то есть ходить на работу и зарабатывать. Не буду напоминать о тех проблемах, которые возникли у поэта за его вольнодумные стихи, продолжу рассуждать о карьере. Добившись перевода по службе в канцелярию графа Воронцова в Одессе, Пушкин предпочёл не работать, а волочиться за графиней.

Статс-дама и прекрасная во всех отношениях женщина вдохновляла поэта, но мужу Воронцовой это точно не понравилось. На что он и намекнул подчинённому, отчитав его. В результате Пушкин решает, что государственная служба для него скучна и он видит себя литератором. И снова не спорю, что решение логичное. Поэт он и есть поэт. Только жить лучше по средствам, не делая долгов. Далее следует знаменитая его ссылка в Михайловское, где он провёл два года.

Неплохо так провёл. Няня Арина Родионовна благосклонно смотрела на то, как молодой барин проявляет интерес к одной из крепостных девок, занимающихся шитьем и вышивкой. Увлечение Александра Сергеевича закончилось ожидаемо — девица забеременела (ребёнок умер в младенчестве). Примечательно, что этой девице Ольге была дана вольная. Вчерашняя дворовая девка позже удачно вышла замуж. А то, что муж пьяница и разорён, — дело десятое. Меня привлекло в той истории, что бывшая крестьянка быстро почувствовала себя барыней. Купила личных крепостных (несколько человек) и жестоко с ними обращалась. Опять же это считается нормой — выйти «из грязи в князи» и проявлять себя подобным образом.

Но вернёмся к тому, что доходов у самого Пушкина почти не было, и тем не менее он, женившись на Наталье Гончаровой, жил на широкую ногу. Супруга рожала каждый год детей, а Пушкин тратил больше, чем получал за своё литературное творчество. Неужели Александр Сергеевич не задумывался о будущем своих отпрысков? Похоже, что так. Прямо как в анекдоте про многодетного отца: «Вы так любите детей?» «Нет. Сам процесс».

Довольно известный факт, что идею с «Мёртвыми душами» Гоголю подсказал Пушкин. Кто забыл, напомню суть той аферы. За крепостных крестьян сейчас можно получить в банке кредит, выставив людей в качестве залога. То, что они умерли, роли не играет. Несовершенство бюрократической системы известно во все времена. Статистика ведётся из рук вон плохо. Помещики, конечно, недовольны тем, что им приходится платить налог за умерших людей, но не особо возмущаются. Ревизии им самим невыгодны, поскольку они устраивают махинации по сокрытию солдатских детей и прочему.

Другой вопрос, что сложную систему оформления мёртвых крестьян с целью заложить их в опекунском совете, чтобы получить деньги, придумал Пушкин. Возможно, не сам, но человек думал об этом, размышлял, прикидывал. Потом-то проявил «порядочность», подарил идею Гоголю, но, как говорится, «осадочек остался».

После смерти Александр Сергеевич оставил жене огромные долги и «подмоченную» репутацию. Наверное, я смотрю с позиции человека другого времени, потому не понимаю подобную беспечность. Бросить стабильную работу, иметь периодические заработки от творчества, поддерживать всякие сомнительные политические кружки и при этом тратить большие деньги на балы и увеселения. Конечно, Наталья Пушкина была красивой женщиной. Ей положено блистать, для этого требовались дорогие наряды, но нужно же иметь меру. Заработай вначале, получи стабильный доход и после уже можешь на досуге порассуждать о либерализме. В общем, уважения к Пушкину, как к особи мужского пола, который должен быть защитником и поддержкой семьи, я не испытывал.

Вообще-то Александр Сергеевич еще жив-здоров, получил от отца подарок к свадьбе — одну деревеньку и только планирует свою счастливую жизнь.

Всё же в интересное время меня отправил дед.

Глава 12

У Данненбергов пришлось задержаться. Меня уговорили остаться там дольше, чем я планировал. Причиной этому, думаю, был Петя, продолжающий флиртовать с Натальей. Сама «утончённая и романтичная натура» проявляла благосклонность к таким ухаживаниям. Постоянно щебетала что-то по-французски. Петя ей поведал, что я в этом языке ещё не преуспел, и барышня, похоже, нарочно подчёркивала своё превосходство.

На месте Петра я бы сто раз подумал — нужна ли ему такая мелочная и мстительная девица? Мало того, я стал свидетелем того, как она свою девку-служанку лупила. Крепостная прислуга что-то не так принесла или сделала. Так эта «утонченная» собственноручно отхлестала томиком стихов провинившуюся.

Вообще-то у Данненбергов наказание дворовых крестьян было в порядке вещей. За четыре дня я наблюдал пять раз, как кого-то пороли. Не удержался и высказался о том, что нерационально так с имуществом обращаться.

— Я в этом году ржи и овса закупил, — продолжил свою мысль. — Ещё заставил крестьян в низменности картофель сажать. Год-то выдался знойным, боюсь, голодать крестьяне будут.

— Вам-то что? — с удивлением посмотрел на меня Ростислав Андреевич.

— Так крестьяне помереть могут, — озвучил я очевидное.