Вовка-центровой 2: читать начало книги онлайн

Команду довёз до фабрики-кухни мастодонт, похожий на автобус Глеба Жеглова. Ехал он целый час, так как стадион был на севере столицы, а завод с одноимённым названием на юге. Почти в противоположных концах города. В автобусике, кашляющем, всего шесть двойных скамеек и Вовкам пришлось сначала стоять, на них не рассчитано. Молодые динамовцы, самые субтильные потом всё же сдвинулись на своих скамеечках и вторую половину пути проехали пацаны сидя.

Кормили команду в отдельном зале, когда приехали, уже накрыли на них, и грузный мужчина на Чернышёва начал шипеть, что опоздали, скоро приедет на обед ЦДКА. Вовка, напрягся. Сейчас ведь живьём увидит легенду — Боброва. Вот те молодые парни, что тряслись с ним в автобусе, тоже почти поголовно легенды, ан нет, пиетета не вызывают. Не тот уровень? Хотя, ведь Чернышёв ничем не уступает по известности и той роли, что сыграл в развитие хоккея с шайбой в стране, но нет. Имя! Сейчас будем посмотреть.

Суп грибной с парой маленьких, не резанных картох и куском какого-то сельдерея или пастернака, перловка, чуть переваренная и небольшая котлетка, сверху компот из калины и два куска хлеба. В этом всём калорий меньше, чем организм истратил за часовую поездку в автобусе мастодонте трофейном. Ложки мелькали у народа со скоростью крылатых ракет. Меньше пяти минут и алес, всё усиленное питание закончилось. Сытости не вызвав. Тренер прошёл по столам и раздал талоны.

— Куда это? — вылез Третьяков.

— В буфете шоколад возьмёте.

— Здорово. Нам в Куйбышеве тоже давали.

— Всё, парни выходим, вон армейцы идут, — подогнал своих Чернышёв.

И точно в зале со стороны входа начали появляться чужие. В таких же спортивных штанах и шапочках. Вон и Бобров, на голову возвышающийся над остальными. Прошёл мимо Вовки, когда тот стоял в углу. Одного роста. Шея потолще и в плечах поширше будет. Так Вовке ещё расти, да и шею с дельтами накачает. Рязанская физиономия с довольно длинными зачёсанными назад волосами, как раз шапочку снял и пятернёй поправил, нос большой. Для этого времени настоящий богатырь. Поздоровался с динамовцами Сева за руку, о чём-то спросил Чернышёва, гыгыкнул и продолжил здороваться, дошёл до Вовок. Снизу вверх оценивающе глянул на Третьякова и остановил взгляд на Фомине.

— Молодёжь? Сева, — протянул граблю. И что теперь неделю руку не мыть?

Зрителей было много. Как-то читал в далёком будущем Челенков, что и по двадцать тысяч приходило. Ну, только не на этом, как бы назвать-то — стадиончике. Люди заняли настоящую трибуну, при минус пятнадцати садиться никто и не думал. Стояли, согреваясь водочкой и портвешком, никто глинтвейн в термосах не разносил. Противоположная народная трибуна из снега была ещё плотнее заполнена, в такой тесноте, да не в обиде, и теплей. Борта же площадки, где располагались скамейки запасных и тюрьма, обрешеченная для штрафников, были сугробами отгорожены от болельщиков и они теснились чуть поодаль, но возвышение было не высоким, и смотреть игру с него было неудобно, всё равно, по паре тысяч с каждой стороны кучковалось. Ребята в основном. Подпрыгивали, надеясь увидеть кумиров, облепили несколько стоящих с обломанными предыдущими болельщиками берёз. Синявский в своём скворечнике уже вещал и хриплый узнаваемый голос, усиленный десятком рупоров, разносился далеко по окрестностям.

Поле было искусственно освещено. По бокам площадки к бортам было прибито несколько жердей и поперёк поля натянуто десять гирлянд с лампочкам. Треть не горела. Полумраком не назовёшь, но и нормальным это освещение можно признать для какой дворовой площадки, а не для главной хоккейной арены страны. Смотрел ведь Фёдор киноэпопею освобождение, где показывали танковую атаку с использованием прожекторов. Выходят они есть и это не дефицит, раз на сотни танков поставили. Тогда почему нельзя построить пусть деревянные вышки по углам площадки и осветить тут всё по-человечески?

Спросил Вовка об этом Чернышёва.

Аркадий Иванович, полапал себя за нос:

— Я разговаривал с директором нашим. Он сказал, что осенью 1933 года несколько матчей на главной арене прошли при свете подвесных электрических ламп, но уровень освещения оказался недостаточным. Потому сняли. В 1940 году по углам стадиона были установлены высокие вышки с прожекторами, при свете которых московское «Динамо» приняло динамовцев из Риги. Наши тогда выиграли (4:2), но тогда электроосвещение было сочтено экономически нецелесообразным. А сейчас? Не знаю. Нет, не пойдут на это. Ладно. Поговорю завтра. Ты ведь в курсе, что все ответные матчи второго круга будут проводиться здесь на малом стадионе. Чем чёрт не шутит, вдруг расщедрятся. Синявского возьму в соратники. Стой. Может тебя Аполлонов послушает? Поговоришь?

— Конечно, поговорю, Аркадий Иваныч.

— Всё, беги, переодевайся. Тебя и Вовку твоего выпустим во втором периоде. Как раз крылышки подустанут. А ты пока посмотри свежим глазом на их и наши ошибки. Блин, кто бы ещё вчера сказал, что у детей совета буду спрашивать. Убиться легче! Сгинь с глаз моих!

Матч начался для динамовцев ушатом холодной воды. Перед матчем в раздевалке стояло шапкозакидательское настроение. «Крылья Советов» — команда как раз того самого завода «Динамо», в столовой которого они обедали, в прошлом году отказалась участвовать в первенстве СССР по «канадскому хоккею» и опыта у игроков было с гулькин … клюв. Не самое последнее место занимала команда из десяти участников, но и не лидер точно. Только вернулись из Ленинграда, проиграв местному «Динамо» 5:1. А ленинградцы совсем в хвосте пусть и не обретались, но тоже на днях проиграли явному аутсайдеру рижскому «Динамо». Как-то хитро в головах экстраполировав эти два матча, все игроки «Динамо», и тренер тоже, решили, что порвут «Крылышек» они сегодня, как тузик грелку.

Бам. И на второй минуте Паша Забелин вынимает шайбу из ворот.

«Гол в ворота „Динамо“ забил Алексей Гурышев». — Прозвучал, как показалось Вовке, радостный голос Синявского.

Так и было. Этот здоровяк стоял перед пяточком и ждал шайбы, а когда получил, то практически впихнул её в ворота динамовцев. Он Забелина тяжелее в два раза и на целую голову выше. Машина. Ничуть не меньше Боброва. У динамовцев и нет в команде таких. Даже защитники, что должны быть высокими и здоровенными, просто коротышки рядом с этим Гурышевым.

Фёдор Челенков его помнил. Из той жизни. Бобров скоро сдуется и ему на смену придёт именно Гурышев и с ним «Крылья» даже чемпионом станут. Лет через шесть. Но тех времён Фёдор не застал, ясно дело. Он другого Гурышева помнит. Закончив карьеру хоккеиста, Алексей станет ведущим хоккейным арбитром СССР. И ещё ведь двумя вещами знаменит. Во-первых, скоро снимется в фильме, вот название в памяти не удержалось, где будет играть самого себя. Ну, это ладно, фильм не станет культовым, как «Карнавальная ночь». Режиссёр не тот. Второй — есть случай, связанный с кино. Именно Гурышев стал прототипом героя хоккеиста из оскароносного «Москва слезам не верит». Только там будет Гурин, кажется. Эх, его бы в «Динамо» залучить. Будет неубиваемая команда. Бобров скоро окажется в ВВС у товарища Сталина, и тогда можно с ЦДКА соперничать на равных. Но насколько помнил Челенков Гурышев и от уговоров ЦДКА отказался, и от посулов Василия Сталина, в отличие от его вчерашнего партнёра Револьда Леонова, тот даст себя «Ваське» уговорить и мог пгибнуть вместе со всей командой под Свердловском, летя на матч с тем самым челябинским «Дзержинцем», который раскатали три дня назад в Куйбышеве не без помощи Вовки местные динамовцы на глазах у Аполлонова.

Получив ушат за шиворот и шайбу в ворота, динамовцы не одумались и вместо командной игры устроили дворовый навал и, забыв обо всём на свете, стали демонстрировать персональное мастерство вместо слаженной командной игры. Длилось это долго. Минут пять по чистому времени, а так все пятнадцать. Обе команды стали грубить, один раз даже до драки дошло команда на команду, еле судьи и выскочившие на лёд тренеры растащили.

Чего ждать? Вовка хлопнул Чернышёва по плечу, тот увлечённо орал на ребят, ещё больше усложняя и ухудшая обстановку.

— Аркадий Иванович! Делайте замену, выпускайте меня с Третьяковым и тех ребят, с которыми мы играли! — кричать прямо в ухо пришлось.

— Да, иди ты! Без сопливых! — и дальше орать.

Чуда не произошло. За грубость удалил, таки, судья защитника динамовцев Бориса Бочарникова, и через полминуты «Крылышки» реализовали большинство. 2:0.

— Арка…

— Вижу. Выходите. Ребята! Замена. — Не сдулся, но поскучнел играющий тренер.

— Мужики играем первую звезду.

— Там…