К сожалению, на сей раз, у нас не было возможности вмешаться. Маховик был запущен рукой Эдди, и нам оставалось только ждать результатов. Время шло и ничего не происходило. За окнами начало темнеть. Макс нервно расхаживал по своему кабинету мимо высоких окон, наполовину закрытых чёрными бархатными портьерами с гигантскими кистями из опалового бисера на чёрных шёлковых шнурах толщиной с корабельный канат. Терренс сидел в огромном уютном кресле и с сосредоточенным видом полировал замшевой щёточкой ногти. Я рассеянно листала какой-то журнал.
— Кто хочет кофе? — поинтересовался Терренс, на мгновение отвлекшись от ногтей.
Я подняла руку.
— Я пас… — отказался Макс.
— Зря, — пожал плечами Терренс. — Кинг, две чашки Гватемалы. Возможно, этой ночью нам будет не до сна.
Одна из стенных панелей возле камина отодвинулась, и оттуда выехал сервированный кофейный столик. Терренс взял с него обе чашки и одну поставил рядом со мной на инкрустированную перламутром этажерку.
Я пригубила кофе и отложила журнал. Терренс мрачновато наблюдал за Максом. Я вдруг подумала, что за эти годы Макс тоже изменился. Ещё пять лет назад он бы скорее удавился, чем стал бы просить у Эдди прощения за неделикатные высказывания в его адрес, а пару лет назад ему бы и в голову не пришло беспокоиться о судьбе какой-то стриптизерши, за которой охотятся какие-то «гиены». Наверно, общение с Эдди, Джерри и Браем не прошло для него бесследно.
— Сядь, — проговорил Терренс. — У меня уже в глазах рябит от твоего шатания. От того, что ты дёргаешься, ничего не изменится.
— Я не дёргаюсь, — Макс сел в кресло напротив своего друга. — Я размышляю.
— О чём, если не секрет?
— О том, что, возможно, этой Малышке Твигги пару минут назад перерезали горло и картина уже держит путь, если не к выезду из города, то в какой-нибудь тайник. И если картину мы, так или иначе, сможем вернуть, то эту глупую девицу уже ничто не сможет спасти.
— Возможно, она ещё жива, и нечего раньше времени так переживать. Вот насчёт картины — другое дело. Выцарапывать её с острова Сынов Астарота в Архипелаге Чаек — это будет приключение что надо. Нас там перебьют если не всех, то половину — точно.
— Если возьмете с собой Джерри, то он превратит остров в пустыню, а поселение — в кладбище, — вяло подсказала я. — Спокойно возьмёте картину и уйдёте.
— Ты о каком Джерри? — недоуменно уточнил Терренс.
— Можно подумать их десяток в нашем окружении.
— Нет, я знаю, что он хорошо стреляет и орудует мечом, но чтоб так…
— Я думаю, что мы будем делать с картиной, когда вернем её, — задумчиво произнёс Макс. — По завещанию её нужно продать, но выпускать её из рук нельзя.
— МакЛарен считает, что её нужно просто уничтожить, — заметила я.
Макс посмотрел на меня так, словно хотел сказать, что это плохая шутка.
— Уничтожать оригинальную картину пятнадцатого века? Это варварство. Мой отец с детства учил меня, что произведения искусства принадлежат всем и один человек не вправе решать их судьбу. Он может быть хранителем, но не более.
— Странный парень этот МакЛарен… — задумчиво пробормотал Терренс. — Я думал, он любит старинные вещи. Одно его кольцо чего стоит…
— Какое кольцо? — насторожилась я.
— Старинный перстень-печатка с опаловой вставкой, — ответил Макс. — Я однажды хорошо разглядел её. Он снял перстень перед тем, как делать мне массаж, и положил на стол совсем близко от моих глаз. Мастерски выточенный грифон. Очень красивый…
Я внимательно взглянула на Макса. Конечно, чёрный опаловый грифон должен был ему понравиться. Я уже видела это кольцо на руке МакЛарена два года назад, но как-то не заметила в этот раз. Может, он забывает иногда надеть его после того, как снимет перед процедурой, а, может, просто не хочет надевать его при мне.
Звонок коммуникатора отвлёк меня от этих мыслей. Макс метнулся к столу и щёлкнул кнопкой.
— Записывайте адрес, — раздался в тишине голос Эдди. — Дармон-стрит, семнадцать. Лавка старьёвщика. Постучите три длинных, два коротких, три длинных. Спросите Зака Дидье, скажете, что от меня. Отдадите ему десять тысяч и получите картину. На всякий случай возьмите с собой пару ребят для прикрытия и не забудьте пушки.
— Кто этот Зак? — нахмурился Макс, наблюдая, как Терренс полез за своим коммуникатором, чтоб вызвать поддержку.
— Скупщик краденого. Он позвонил мне только что и сказал, что час назад к нему пришла девчонка и предложила картину за сотню кредов. Он сообразил, что может продать её дороже.
— Девчонка — это сестра Дэви.
— Очень может быть. Зак сказал, что она ещё у него, пьёт чай на кухне… Можете ехать за картиной прямо сейчас, но не забудьте пушки. К ночи у него собираются гопстопники и домушники, сбыть барахло и просто пообщаться по интересам. Если увидят, что вы вооружены, не полезут. Удачи.