Письма к незнакомцу. Книга 7. Муж и жена – одна сатана: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Им никто не управлял, но он сам удивительно мог управлять другими. Одним словом, он был государственный человек: умел дать хороший совет, умел его и выполнить…»

Тут Екатерина Алексеевна опять разрыдалась: «Нет Гришеньки, умер на сырой земле, а кажется только вчера, коленопреклонённый руку целовал…»

«… у него был смелый ум, смелая душа, смелое сердце. Благодаря этому мы всегда понимали друг друга и не обращали внимания на толки тех, кто меньше нас смыслил. По моему мнению, Князь Потёмкин был великий человек, который не выполнил и половины того, что был в состоянии сделать».

Через неделю признается она в письме к тому же адресату:

«Теперь вся тяжесть правления лежит на мне».

Только после безвременного ухода соправителя узнала царица, как тяжела она, шапка Мономаха. Непомерно для неё тяжела… С момента смерти Потёмкина страна управлялась уже нетвёрдой рукой…

Через три месяца после кончины князя его доверенное лицо привезло в Петербург главное богатство Григория Александровича – письма от императрицы. Письма были разложены по датам и аккуратно перевязаны в пачки. Получив обратно то, что не чаяла увидеть, государыня заперлась за семью засовами и опять долго рыдала…

Если это не любовь, Серкидон, то скажите мне – что же это?

В советские времена, когда умирал человек такого масштаба, как Потёмкин, писали высокопарно: «Умер умелый управленец, крупный хозяйственный деятель, прекрасный организатор, талантливый полководец, пламенный патриот…»

В екатерининское время написали белыми буквами по чёрной доске:

«В Бозе почивающий светлейший князь Григорий Александрович Потёмкин-Таврический и проч. и проч., усерднейший сын отечества, присоединитель к Российской империи Крыма, Тамани, Кубани, основатель и соорудитель победоносных флотов на южных морях; победитель сил турецких на суше и на море, завоеватель Бессарабии, Очакова, Бендер, Аккермана, Килии, Измаила, Анапы, Сучук-Кале, Суннии, Тульчи, Исакчи, острова Березанского, Хаджибея и Паланки; прославивший оружие Российской империи в Европе и в Азии, приведший в трепет столицу и потрясший сердце Оттоманской империи победами на морях и положивший основание к преславному миру с оной, основатель и соорудитель многих градов; покровитель наук, художеств и торговли, муж, украшенный всеми добродетелями общественными и благочестием. Скончал преславное течение жизни своей в княжестве Молдавском, в 34 верстах от столичного горда Ясс, 1791 года октября в 5-й день, на 52 году от рождения, повергнув в бездну горести не только облагодетельствованных, но едва ведающих его».

«Гибель героев подобна закату солнца», – говорил Карл Маркс. И тут как раз такой случай. Но вот… я чуть было не выдал следующую супружескую чету, хорошо, если Вы ничего не заметили.

Крепко жму Вашу руку, и до следующей пары.

-12-

Приветствую Вас, Серкидон!

Потихоньку начинаем переходить от матушки-императрицы и светлейшего князя к следующей паре…

Не дожили наши монаршие подельники ни до революции в России, ни до революционных предпосылок. И народовольцы в них ничего не кинули. Восстание Пугачёва – стихия, «русский бунт, бессмысленный и беспощадный»57, без идеологической подоплёки, без теоретического фундамента под собой, голимая разбойничья удаль. Доносились вести из Франции: о пошатнувшемся троне, о казни августейших особ… Пусть не свой трон пошатнулся, не твою голову отрубили, но всё равно боязно. Сын-Павел сказал, что нужно срочно направить во Францию пушки. «Бедный мой сын, – ответила Екатерина Алексеевна, – вы напрасно считаете, что с идеями можно бороться пушками». Вольтер, ну чистый Вольтер! Не зря, ой, не зря переписывалась Екатерина с просвещёнными умами Франции, кое-что от этих умов и ей перепало. Страшной силой становятся идеи, когда они овладевают массами. Но где взять идею, которой вдохновился бы пассионарий, потом вдохновил ею друга, потом – горстку соратников, а потом и массы?..

Извольте любить и жаловать, Серкидон, идея о бесклассовом обществе! На дворе девятнадцатый век, «призрак ходит по Европе – призрак коммунизма». Познакомимся поближе с теми, кто разглядел этот призрак, культивировал и всячески способствовал его передвижениям по Европе.

Карл Маркс и Женни фон Вестфален.

«И я бы стал лохмат и гениален, //Женясь на баронессе фон Вестфален», – написал поэт Евгений Лукин, и непонятно чего больше в этих строчках – тонкой иронии или подлинной зависти. Воспримем же эти строки, как цветок, переброшенный прекрасной женщине через двадцатый век…

С мнением нашего современника – Евгения Юрьевича – соглашается Элеонора Маркс58 – младшая дочь наипервейших марксистов:

«Не будет преувеличением, если скажу, что без Женни фон Вестфален никогда не мог бы стать Карл Маркс тем, кем он был. Никогда ещё две жизни – и обе такие замечательные – не были так тесно связаны, дополняя одна другую».

Продолжим опираться на мнения людей, близко знавших революционную чету. Вильгельм Либкнехт,59 близкий друг семьи, и не пытается скрыть своего восхищения женой патрона:

«Госпожа Маркс была первой женщиной, благодаря которой я понял силу облагораживающего женского воздействия. Моя мать умерла так рано, что я сохранил о ней лишь неясное, смутное воспоминание. Позднее я также – если не считать очень короткого промежутка времени, опять же в очень раннем детстве – был лишён женского общества, которое могло бы несколько смягчить и обтесать мой характер. До встречи с госпожой Маркс я не понимал всей справедливости слов Гёте: “Коль знать ты хочешь, как себя вести,//У благородной женщины спроси!”»

Обратите внимание, Серкидон, на строчки великого поэта. Ведь и в Вашей жизни возможны перепутья, перемены, передряги, словом, времена, когда нужен совет… Что Вы говорите? Как нам быть с расхожей фразой «послушай женщину и сделай наоборот»? Дорогой Серкидон, у классиков надо читать каждое слово. Гёте написал «у благородной женщины спроси». А это означает – не у какой попало.

Активный участник социалистического движения, всю жизнь следовавший за Марксом-Энгельсом, как нитка за иголкой, портной по профессии – Фридрих Лесснер60:

«Дом Маркса был открыт для каждого заслуживающего доверия товарища. Те чудесные часы, которые я, как и многие другие, провёл в кругу его семьи, для меня незабываемы. Здесь прежде всего блистала прелестная госпожа Маркс, высокая, очень красивая женщина, благородной внешности и притом такая необыкновенно приветливая, любезная, остроумная, настолько лишённая всякого высокомерия и чопорности, что в её обществе любой чувствовал себя так же уютно, словно у собственной матери или сестры. Всем своим существом она вызывала в памяти слова шотландского народного поэта Роберта Бёрнса: «Woman, lovery woman, heaven destined you to temper man!» («Женщина, милая женщина, тебе небеса предопределено смирять нрав мужчины».) Она была воодушевлена делом рабочего движения, и каждый, даже самый незначительный, успех в борьбе против буржуазии проносил ей величайшее удовлетворение и радость»61.

Вот до какой степени вовлекли баронессу в революционное дело!

Автор книги «Женни Маркс», специалист по женщинам-марксисткам Луиза Дорнеманн62 свидетельствует:

«Своей необычайной красотой – красотой, которой Маркс всегда восхищался и гордился до конца жизни и которая приводила в восторг таких людей, как Гейне, Герверг и Лассаль, своим умом и остроумием, столь же блестящими, как и красота её, Женни фон Вестфален выделялась из тысяч». А что же Маркс?!

[57] А.С. Пушкин.

[58] Элеонора Маркс (в замужестве – Эвелинг), (1855 – 1898), активная деятельница социалистического движения, суфражистка, переводчица.

[59] Либкнехт Вильгельм (1826 – 1900), немецкий революционер, социал-демократ, отец Карла, Теодора и Отто Либкнехтов.

[60] Лесснер Фридрих (1825 – 1910), активный деятель рабочего движения, член союза коммунистов.

[61] Воспоминания о К.Марксе и Ф.Энгельсе, ч.1 стр 328.

[62] Луиза Дорнеманн (1901-1992), немецкая писательница. Автор книги «Женни Маркс».