Тайны гор, которых не было на карте: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Избранный и Его Величество переглянулись. Взгляд избранного был удивлен открыто. Ее Величества немного расстроен.

– Та, над которой мы клятву давали, как перед всем миром, ни образа, ни имени его не помнит, – пояснила она. – Жива еще… Надо же, полетела во все края искать чего-то… Не понимаю, где ее черти носят?!

– Да на что она нужна-то тебе? – опять спросил Его Величество, рассержено. – Может, была ребром, так ведь теперь ты мне и душа, и матерь, и сестра. Ну не издеваться же мне над тобой! Как могу не беречь-то? Свой выбор я сделал! Вот за то и невзлюбил народ Бога Ихнего, – он ткнул пальцем в избранного, – что злобливый был и все время про беду каркал! Спаситель – тоже хорош… Вот я раньше об этом не думал, а как оно вышло-то, ишь чего намудрил! Жить надо в мире с душою своею, вот и будет благословение от Бога. Я над кем хочешь в вечной привязанности поклянусь, не кем, разве, эту Маньку заменить?

– Не кем, Отец наш, не кем! – торопливо сказал слегка напуганный избранный. – Если над кем первый раз поклялись, над тем и надобно. Ваша клятва упала в землю. Если теперь спровадить ее на тот свет, клятва ваша перед Богом видна станет, и уже не может Бог слова вашего разбить. Что связано на земле, то связано на небесах. И если клялись неуверенно, или как-то неправедно в сердце своем, клятву лучше повторить! Вы, Матушка, – он поворотился к Ее Величеству с озабоченным видом, – к нам, к Спасителю Вашему… Мы тропиночку-то вам откроем и поможем…

– Зачем тебе Манька, зачем тебе Манька… Вишь, чего умный человек подсказывает?! – грозно сдвинула брови Ее Величество. – Вот почему ты не совсем вампир? А потому, что клятва твоя неуверенная была! Поди, убедился уже, что правда на нашей стороне, что дружно живем и любовь промеж нас?

– Да как же не убедиться-то? Так ведь противно, видеть не могу, думать не могу! Голова начинает раскалываться! Ну, была когда-то ребром, мне всю жизнь себя за это теперь казнить? Я ребра никому не давал Ты – моя душа! И немногие вампиры могут это понять! Я вот смотрю на них и вижу: не поднимаются так высоко, как мы с тобой, и голос слаб, и мысли приземленные…

– Так-то оно так, – согласилась Ее Величество. – Так ведь нет клятвы нашей на небе. Мое ребро там, а твое? Двое или трое свидетелей должны свидетельствовать, один не свидетель! Грех на нас ложится, пока клятвы не доставлены на небо.

– А это при чем? – удивился Его Величество.

– Повезут они на Небо нашу клятву, и Бог за нас с них станет спрашивать, отчего мол ты, Манька, придумала такое, и клятву взяла с собой, как будто ты Бог, чтобы решать за Меня! Вот теперь отвечай за все! И будут отвечать, а мы убелимся.

– Так ведь если мы с тобой души друг друга, за что ей отвечать? Ну, увидел, ну и что? Да пусть делает с ней что хочет, нам-то какое дело? А ей до нас? Ну, полежала маленько, так я каждую неделю лежу – и ничего, живой, здоровый! – Его Величество похлопал себя. – Разве обидел нас Господь?

Избранный и Ее Величество опять переглянулись. Цыганский еврей осуждающе покачал головой.

– Это оттого, что вы, Ваше Величество, вампиром стали по собственной воле! Немощи наши уходят от нас вместе с осужденным. Избранные мы, Помазанники, царями поставил нас Господь… Я в переносном смысле, над невразумленными и над собою. Но волю надо еще Богу предъявить, чтобы половинка к половинке легла и туго ребрами связалась. Проклятые за жизнь цепляются разве? Судьба у них такая, предначертание. Это как два птенца в одном гнезде: дает нам Господь супостата, и тут уж кто кого вытолкнет раньше, тот и выживет. И боремся, а клятвы наши в Царствии Небесном – победа наша!

– Вот и надо нести просвещение, – внушая, ответил Его Величество. – Чтобы равно бились. А то иной умный, а на Небо отправляется, а дурак землю топчет. И тошнит от него порой… Пусть бы уж все вампирами стали.

– А если все вампирами станут, кто наши клятвы Нашему Богу на Небо доставит? – новый сборщик податей осуждающе покачал головой. – Нет, всем становиться вампирами никак нельзя! И потом, кушать еще хочется, с голоду вымрем! – разоткровенничался он, не сводя глаз с Ее Величества. Да и она с него не сводила, хорош был цыганский еврей. Крепок мышцей. Статен. Пригож. – У нас сразу гемоглобин понижается, потому что кровь наша в землю уходит. Вот вы, наверное, думаете, Ваше Величество, что мы кровь пьем? Нет, это они ее у нас пьют, а мы просто обратно силу себе возвращаем. Потому и проклятые нами, что выкачивают соки из нас. Пьют глазами, не нанося ран, даже мы так не умеем. Вы, только представьте, Ваше Величество, какая зависть в них, какое желание встать на место наше, какая изжога мучает, когда думают они о сестре или брате нашем, мечтая сделать его собственностью! Не любить их – святое, быдло – оно и есть быдло.

– Да как же пьют, ведь в муке живут! И мы думаем так же! – расстроился Его Величество. – Что, мало среди нас завистников? Палец подставь, всю руку оттяпают!

– За то и живут! – ответил избранный уверено. – Бог их наказывает, ибо вреда от них больше, чем пользы! И нам наказал не жалеть. Йеся то же самое говорил, только не велел озлобляться, учил понимать, что наказан проклятый за дело. Блаженный он. И относится надо с пониманием. Слово утешительное сказать. Правда наша – и видим мы грех его, и понимаем, и вразумлены. Мы не только думаем, мы делаем!!! Сделали и признали, что сделали. А они не делают, только думают – но ведь и не признают, что сделали бы, а не сделали… Дух силен, плоть же немощна, потому мы дух, а они плоть. Что же мне, спрашивать у плоти, что мне с нею делать? То-то и оно! И потом, что взамен они могут дать, ведь глупы, алчны, завистливы. Дай им палец – руку оттяпают. Вы вот с Ее Величеством все делите поровну, она вам, вы ей – а они разве смогли бы так, ничего-то не имея, ничего-то не умея?

– Что-то вы меня запутали совсем! – нахмурился Его Величество, призадумавшись.

– И не надо, и не думай, а клятву будем повторять, – ласково отозвалась Ее Величество, успокаивая всех сразу. – Что-то я подзабыла, как говоришь имя твое?

– Барон Душегуберман. Обер Удо Нитки.

– Пиши, – приказала Ее Величество секретарю, – а Барону Душегуберману Оберу до Нитки присвоить звание главного министра финансов и податей.

– Поздравляю с назначением, – благословил новоиспеченных министров Его Величество, пожимая обоим руки. – И… мне бы фонд такой, на черный день, – пожелал он им. – На личные нужды моего народа, – он с любовью и обожанием посмотрел на Ее Величество. – Стабилизационный! В трое крат бы больше казны государственной! Народ мой такой головастый, все время какие-то проекты придумывает и запрашивает средства из моего кармана. Приходится выступать спонсором и инвестором, а мне это не выгодно. А казна государственная на год вперед расписана, подати наперед собрать бывает сложно, уж как не старались. А был бы такой фонд, то, как проект, сразу реализация. Государство обязано помочь своему народу. Например, народ на золотую рыбку запрашивает, нужное дело и полезное, а где взять? Дороговаты нынче золотые рыбки!

– Сделаем, Ваше Величество! – охотно и по-деловому пообещали новые министры. – Живота не жалея! Затянут пояса потуже, куда деваться-то. Нужды государства не выше ли нужды народа? Горе тому народу, в котором отдельные народы и едят, и пьют, а государство нужду терпит. Все подсчитаем, каждую копеечку. Пусть пошевелятся и соберут у народа помельче, если не хотят живота лишиться. А мелкому народу живот не надорвешь, он у него при огороде…

– Господи, сколько ума у вас! – восхитилась Ее Величество, пожимая пальцы Его Величества за щедрость к народу. Значит, не забыли ее избы, не дали проклятой поживиться, опять нужду терпит! Такой щедрости от мужа она не ожидала. Или сработал план Котофея Баюновича. Значит, вернется вскоре. Или заклятия, наконец, заработали должным образом… Хорошо-то как! И повод есть отблагодарить Его Величество… – Мне бы скорее, нужда не терпит, – поторопила она министров. – Заказала я золотую рыбку, но недостает средств. Подкуп уже посулила, запросили немало. Народу золотой рыбки всегда не хватало. И все на мне! Развратился народ…

– Истинно, Матушка, истинно! Плох тот вол, по спине которого плетка не хаживала. Не приучен пахать. Так и народ неразумный, выгоды своей не понимает. Откуда ему фураж взять, если не пахано поле? Ну да мы это исправим! – пообещали оба новых министра, низко кланяясь.

– Как мыслим мы с тобой одинаково, – опять восхитилась Ее Величество, почти с обожанием глядя на нового министра, который был из цыганских евреев.

Пятясь, новые министры покинули тронную залу. И почти сразу в тронную залу вбежал, нет, ворвался господин в папахе и с шашкой наперевес.

– Ну, что еще случилось? – спросил недовольно Его Величество, который уже собрался уходить, узнав во вновь прибывшем генерала Кидалу Забейка.

– Не просто так! – воскликнул генерал, кидаясь в ноги Ее Величества. – Матушка Благодетельница, не оставьте детей свих! Матушка, вот вам истинный крест, мой недогляд!

Ее Величество отпихнула ногой генерала и села обратно на трон. Она собиралась встать за Его Величеством, предвкушая, как отблагодарит его за щедрость в спальне, но Его Величество вернулся и сел на свое место, и ей ничего не оставалось, разве что последовать его примеру.

– Не стони, дело говори, – приказала Ее Величество. – Да не мне, паскуда ты этакий! Я силой не воюю – я слабостью побеждаю!