– А тот хитер: на бедолагу хотел все свалить. Типа я не я, жопа не моя. И телефон ему подкинул, – сказал еще один мужской голос. – Только девка эта крашеная все разрулила.
– А что он упал-то? – спросил первый голос.
– Да это ворюга его вырубил, одним ударом. – сказал третий.
– Не трогал я его, – возразил четвертый.
Я понял кто это был. Я приоткрыл глаза.
– Точняк, живой, – констатировал третий голос.
– Говорю же, не трогал. Он сам упал. Я только так, припугнуть хотел, а он в обморок свалился, слабачок. – сказал парень в черной бейсболке с белыми буквами CIA.
– Гражданка, заявление будем писать? – спросил полицейский, кого-то, кого я не видел.
Слова полицейского остались без ответа, а через толпу протиснулась девушка с румяными детскими щеками и синими волосами под желтым бини. Она смотрела пристально и серьезно прямо на меня, как будто сейчас решалась моя судьба, а не пойманного карманника.
– Что вы пристали?! Тут человек лежит. Ему плохо. А вы скорую даже не вызвали, – злилась синеволосая.
– Гражданка, вы мне не хамите. Мы охраняем правопорядок, и это наша первоочередная задача. В любом случае коллега мой осмотрел пострадавшего. У него обморок скорее всего. Возможно ушиб не большой, – оправдывался полицейский.
– Не большой?! Да он головой об пол. Как столбик плашмя, – не унималась она.
Синеволосая показала левой рукой как это падение, по ее мнению, выглядело.
– Крови нет, все чисто. Надо будет проверить, нет ли сотрясения, – сказал второй полицейский.
– Гражданка, так что с протоколом? – гнул свое первый полицейский.
– Что с протоколом, что с протоколом! Не буду ничего писать! Черт с ним. Его жизнь накажет за воровство! – сказала она.
После этих слов народ вокруг начал резво выражать свое недовольство. Мол, как же так: он ведь еще кого грабанет… А может и вовсе подрежет в темном переулке… Дальше я перестал что – либо слышать. Потому что синеволосая подошла ко мне и спросила:
– Ты как герой?
– Да вроде норм. Голова только… – ответил я, прислушиваясь к боли.
– А руки, ноги? Можешь шевелить? – тревожно спросила она.
– Похоже, что да.
– Следи за пальцем, – приказала она.
Она стала двигать перед мои носом указательным пальцем правой руки, а я все также продолжал пристально смотреть на нее, забыв про приказ. Тест не удался, но голова совсем не кружилась и тошноты не было. Возможно я отделался одним ушибом.
– Я в порядке, правда, – сказал я.
– Встанешь? – спросила она.
– Попробую.
Потихоньку я начал полностью приходить в себя. Тело к счастью было все так же послушно мне. И все произошедшее теперь уже в полной мере восстановилось в моей памяти. Люди вокруг продолжали шуметь, спорить, возмущаться. И мне показалось, что теперь вор перестал быть объектом гнева народного, место которого заняла девушка с синими волосами и неприемлемым для толпы взглядом на правосудие. Мне вдруг очень сильно захотелось ото всего этого сбежать куда подальше. Пусть суетные разбираются с суетным. А мне достаточно было просто еще раз посмотреть в ее синие глаза, такие же, как и в моем странном бредовом наваждении.
– Давай рванём отсюда, – предложил я внезапно. – В первый же вагон прыгнем – и ну их на фиг.
– Хм…– задумалась она. – А что! Давай.
Я невнятно и сумбурно поблагодарил всех зевак и полицейских. Посмотрел еще разок на незадачливого карманника, на что тот ответил удивительно дружественным кивком. Как бы даже прося прощения.