– Есть вещи, которые могут быть хуже смерти.
– Не станете же Вы мне предлагать их, – перебил друга Сато Бессердечный.
– Я предлагаю спасти то, что считаю венцом жизни, человечности и сути любого индивида – разум.
– А тело?
Гость в доме дяди развел руками:
– Тело Ваше уже не спасти, увы!
Лев взглянул на механического кота:
– Полагаю, что эта груда металлолома неспроста была доставлена сюда.
В глазах незнакомца, так и не представившегося проскользнула легкая обида:
– Это одно из величайших изобретений человечества, моих изобретений, – настойчивым голосом друг Сато перевернул стол их диалога. – Это уникальный автоматон, и я могу перенести Ваше сознание внутрь него.
Помимо того, что Лев и представить себе не мог, как это собирается сделать этот, начавший казаться безумцем господин, ещё сложнее было смоделировать представление о жизни в таком облике.
– Это то, о чём я предупреждал, выбор непростой.
– И как же это произойдет… моя трансформация?
– Морфий нам поможет ввести Вас в состояние отключения болевой чувствительности. С помощью этого ядра и электрической дуги, мы перенесём сознание из тела в автоматона.
Отсмеявшись от услышанной чепухи, Лев понял, что оба старца дали ему успокоиться самостоятельно, не стремясь ускорить процесс.
– Допустим, я поверил во всё это. Но, разве это буду действительно я? Может это будет лишь моя копия, воспоминания, но моя истинная идентичность умрёт в этом смертном теле.
«Истинная идентичность», – Лев вновь вспомнил Богиню, говорящую, что нет ничего по-настоящему истинного.
– Я согласен, – по лицу двух учёных читалось, что они не готовы были к столь резкому кивку.
Всё началось именно так, как и рассказывал друг Сато, инъекции морфия, расслабления. А вот дальше началось что-то странное. Неописуемые ощущения в теле, выключение зрения, тактильных ощущений, оставался лишь слух, достаточно острый, чтобы чётко различать голоса и фразы.
– Какова цель ядра?
– В нём будет законсервирована память.
«Память законсервирована?» – первая шокирующая новость.
– Автоматон будет возвращен к состоянию, в котором пребывает мозг новорожденного, Хатори, – голос принадлежал другу Сато.
«Почему он так называет дядю?» – на этом диалог учёных не прекратился.
– Что ты будешь делать с ним, Сато? – спросил дядя.
– Буду воспитывать. Как человека, как сына. Ведь это мой племянник. Возможно, я верну ему память потом. Сейчас в ней слишком много страданий. Зло крепнет на подобном.
«А вот и один из ответов, – понял Лев. – Его дядя, Сато, это тот незнакомец, что принес автоматона, а человека всё это время „заботящегося“ о нем зовут Хатори».
За этим последовал яркий свет рождения.
Эпизод 8: Анализ
– Теперь я всё это четко вспомнил. Историю своей прежней жизни, историю жизни у «папы», и все предательства, постигшие меня на этом пути, – Лев оглядел стоящих вокруг Хатори, Артизана, Иошито и Джеро.