- в кино видел. Завязывай острить.
- завязывай тупить.
- ты двигаться можешь?
- нет, вообще ничего не чувствую.
- я тоже.
- мне страшно.
- мне тоже, хотя, наверное, я не должен такого говорить при тебе.
- обидно умереть целкой, - глубоко вздохнула Мила.
- хотелось бы тебе помочь. Раф готов поклясться на чем угодно он "увидел" как Мила улыбается.
Вглядываясь в темноту, перед Рафом начали всплывать размытые образы, золотые еле светящиеся точки уносились прочь от взгляда. Постепенно, он начал проваливаться, куда-то вниз, в пустоту. Страх отступил. Тело наполнилось легкостью и воздушностью. Из темноты заструились тонкие белые линии. Сначала одна, потом вторая, третья. Одни проплывали мимо, другие проходили через тело Рафа. Руками он пытался ухватить хотя бы одну, но ничего не получалось. Линии проходили сквозь ладони.
Абсурдность ситуации не сразу дошла до сознания Рафа. Но именно так и было, линии реальны, тело нет. Темные образы проплывавшие мимо совсем не пугали, скорее наоборот, с ними он чувствовал себя в безопасности. Пытаясь рассмотреть поближе, Раф направил тело к чему-то реальному. Ему казалось, что он сможет ухватить, забрать это себе, подчинить.
Слишком поздно он вспомнил правду о темноте, ощущение прошло по всему телу, на него смотрели. Никаких алых ужасающих глаз из темноты он не увидел, а возможно просто не мог увидеть. Вот только ощущение его не подводило.
Голоса, он явно слышал голоса, они что-то шептали вдалеке. Стало светлее, тьма, окутывавшая его тело, рассеивалась, последнее что он услышал перед тем как провалиться дальше, вздох разочарования. Вздох упущенной добычи.
Открыв глаза, Раф понял, что сон продолжается. Его тело находилось в прозрачном пузыре, через который он видел звездное небо и верхушки огромных деревьев медленно проплывавших мимо. Вспомнив советы по управлению в осознанных сновидениях, попытался их применить, вышло хреново. Он не мог пошевелиться, видимо сонный паралич, нужно расслабиться.
Очнулся он от того что кто то яростно тормошил его за плечо.
- Раф очнись, ну же, давай просыпайся.
Мила. Отлично все-таки мы переспали, жаль только подробностей не помню, но ничего наверстаем. Открыв глаза, он увидел совсем не то, что хотелось. Вместо счастливого лица он увидел озабоченность, тревогу и панику.
- я настолько был плох?
- что? Ты о чем? В глазах Милы читалось не понимание. Оглянись, ты не помнишь? Нас похитили.
Огромное светлое помещение, напоминало палату для буйно-помешанных, из стен оббитых мягким пластиком лился мягкий теплый свет. Потолка не было видно, он терялся в темноте, складывалось впечатление, что чья-то жуткая лапа вот-вот протянется сверху и загребет не много "вкусных" лакомств в виде живых тушек человека.
Они были не одни, вокруг нас сидели, лежали и стонали люди.
- как же раскалывается голова, - донеслось со спины.
- где мы?
- что произошло?
- как я здесь очутился? Вопросы лились отовсюду, чуть дальше началась потасовка, но быстро успокоилась.
- есть хочется, - желудок Милы, подтверждая ее желание, протяжно заурчал. Раф то же почувствовал себя жутко голодным, словно он не ел два дня. Словно по волшебству раздался чей-то голос.
- здесь еда и вода. Оглянувшись на голос, Раф увидел размалеванного татухами мужика в одних жёлтых шортах, в стене открылась ниша, из которой он достал глубокую тарелку с чем-то дымящимся. Оттуда же он извлек стакан и ложку. Сев на пол и поставив стакан, принялся есть.
- очень вкусно, а отпив из стакана, он удивленно вскинул брови, - томатный сок, как я люблю. Раф как и многие подошел к стене, встав в едва заметный круг на полу. На стене он увидел подсвеченную изнутри выпуклость.
В глубокой тарелке плескалась белая жижа, похожая на манную кашу, хотя Раф и ненавидел ее всеми вкусовыми рецепторами, "желудок" диктовал свои правила.
- на вкус дерьмо, - Мила скривила лицо, но есть не перестала. Сейчас бы яичницу с беконом.