— Но у нас было резервное оружие, — выпалила она. — Много оружия, сотни штук, полные ящики. Но мы не смогли его использовать, так как нападение было слишком внезапным.
Воцарилась тишина. Члены Совета с ужасом уставились на нее. Пламя факелов подпрыгнуло, и тени забегали по стенам друг за другом. Вожди Рокулала следили с суровым удовольствием, самоуверенность отчасти вернулась к ним… Наконец Акуло заговорил, заикаясь:
— Но вы говорили… я однажды сам спрашивал… что у вас лишь несколько…
— Естественно, — ответила Джойс, — мы хотели сохранить наше оружие в тайне.
— Шанга ничего не говорили нам об этом.
— А чего вы от них ожидали? — Джойс подождала немного, чтобы до всех дошло, и продолжала: — Вы и не найдете тайник, даже если и обшарите весь оазис. Они не встретили наше нападение огнем сейчас, значит, оружие далеко отсюда. Вероятно, они спрятали его в земле Ягола, чтобы использовать позже.
— Мы проверим это, — вступил в разговор другой Старейший. — Стража! — Появился часовой. — Приведи представителя наших гостей.
Джойс передала ван Рийну смысл происходящего, пока они ждали.
— Пока все хорошо, — сказал он. — Но сейчас начнется щекотливое дело, а это гораздо менее весело, чем щекотать вас.
— Вы невозможны! — ответила она, покраснев.
— Нет, всего лишь невероятен… А вот и они.
Высокий т’келанец в одежде Шанга вошел в комнату. Он скрестил руки и взглянул на Рокулала.
— Это Масоту, сын Батузи, — представил его Акуло. Он наклонился вперед, напряженный, как и его коллеги. — Небесный народ нам говорит, что вы захватили в их лагере довольно много ужасного оружия. Это правда?
Масоту вытаращил на него глаза.
— Конечно, нет! Там не было ничего, кроме пустого пистолета, который я показал тебе, когда ты спустился вниз на рассвете.
— Значит, Старейшие на самом деле заключили союз с Шанга, — выкрикнул т’келанец из отряда ван Рийна.
Немного сбитый с толку Акуло собрался с силами и наконец решился:
— Ладно. В конце концов, зачем нам это отрицать? Город Kyсулонго заботится о счастье всего мира, это и наше счастье. А эти лукавые чужеземцы разрушили старые обычаи. Разве не они склонили вас напасть на другую орду? Какая же у них причина путешествовать в наших землях? Чего они еще хотели? Да, совет предложил Шанга уничтожить их лагерь и изгнать из нашей земли.
Хотя биение сердца, казалось, заглушало ее слова, Джойс передала все ван Рийну, и тот процедил сквозь зубы:
— Итак, они признали это перед нами. Наготове у них и история, призванная обмануть землян, чтобы они никогда не возвращались на эту планету. Они не собираются отпускать нас живыми, иначе никто не поверит их сказке. — Но он не сказал ей ни слова для туземцев.
Акуло указал на Масоту.
— Итак, ты утверждаешь, что небесный народ лжет и вы не нашли никакого арсенала?
— Да. — Шанга обменялся взглядом с Ньяронга. — Ваш народ беспокоится, чтобы мы не направили этого оружия против ваших пастбищ. Вам нечего бояться. Идите с миром и дайте нам покончить с чужеземцами.
— Мы никого не боимся, — поправил его Ньяронга. Тем не менее во взгляде его появилось сомнение.
Старейшие нетерпеливо зашевелились на помосте.
— Достаточно, — отрезал Акуло. — Мы все видим, какое смятение приносит небесный народ. Вызвать стражу! Пусть их убьют. Да будет мир между Шанга и Рокулала. Все разойдутся по домам, и дело завершится.
Джойс перевела одновременно с окончанием речи Акуло.
— Ботулизм и бюрократы! — взорвался ван Рийн. — Не так быстро. — Он засунул руку под резервуар на спине и извлек оттуда бластер. — Всем оставаться на местах!
Ни один т’келанец не шевельнулся, хотя между ними пробежал шепот. Ван Рийн прислонился к стене спиной и держал под наблюдением дверь.
— Теперь мы поговорим более дружелюбно.