— Мистер Поттер, я совершенно забыла вам сообщить, все указы нашей дорогой директрисы были отменены, вы вернулись в команду. Вот ваш капитанский значок… — И декан тепло улыбнулась, уверенная, что привела ученика в восторг…
Гарри же молчал и просто смотрел на протянутый ему значок… Его вернули в команду, его назначили капитаном… В прошлом году он прыгал от восторга и, одновременно, трясся от волнения, опасаясь, что провалится на капитанской должности. Сейчас в глубине души тоже чувствовалась радость, но она оставалась в глубине, что–то не пускало ее вверх… Совершенно неожиданно он подумал о том, что именно тот запрет позволил ему вести ОД, что так ему было гораздо проще справляться с домашней работой. Если он хочет и во время учебного года занимать дополнительно, то времени у него будет не много. А потом еще…
— Профессор, я не думал, что решения министерства могут так отменить… — Проговорил он без всякого энтузиазма, от чего брови декана поползли вверх. — Наверное, мне стоит отказаться от места в команде… — Гарри сам с трудом верил в то, что говорил, но откуда–то пришла уверенность, что он поступает правильно.
— Мистер Поттер, но как?.. — Это был один из редких случаев, когда профессор Трансфигурации не знала, что сказать.
— Профессор, вы знаете, кто охотится за мной. Помните, три года назад, когда все думали, что мне угрожает опасность от Сириуса… Вы тогда сами думали, что мне не следует ходить на тренировки и вообще покидать замок. Тогда я был с вами не согласен… — Гарри вдруг вспомнил слова профессора Люпина. — Мои родители погибли ради меня, я не считаю себя вправе рисковать собой ради игры…
— Хорошо, мистер Поттер… — Прошептала преподавательница после десятисекундной паузы… — Да, я понимаю, можете идти. — Гарри немного потрясенный двинулся следом за Фламией. Он мог поклясться, что слышал за спиной всхлип…
Гарри сидел на своем кресле около камина, в очередной раз перечитывая «Силы разума» — может быть он чего–нибудь упустил, и потому у него ничего не выходит? Гарри все, вроде бы, делал правильно, очищая свой разум, а потом старался представить, как на чистом поле вырастает стена, стекло, что угодно, главное чтобы служило преградой. Но у него ничего не выходило, максимум, ему удавалось вообразить пару кирпичиков, а сразу после этого он терял контроль. Именно в этот момент у него всегда разыгрывалось воображение, и голову наполняли самые причудливые и неожиданные мысли и образы. Все приходилось начинать сначала. Это раздражало.
— Знаешь, Гарри, по–моему, мы ведем себя глупо. — Раздалось рядом с ним. Он настолько погрузился в себя, что и не заметил, как вернулась Фламия, очевидно уже прошли отведенные им минуты по отдельности.
— Что, прости? — Гарри запнулся, так как девушка обнаружилась сидящей на подлокотнике, совсем рядом с ним. С той самой ночи они как–то неосознанно избегали подобной близости…
— Гарри, прошел уже почти месяц. Ну, сколько мы еще будем вот так избегать этого?
— Но… — Гарри, конечно, понял, о чем речь, только вот…
— Что но? Страшно, стесняешься, я тоже, что и неудивительно. Но, глупо делать вид, что ничего этого не было, и в этом не было ничего плохого…
— И, что ты хочешь…
— Я не знаю, что сказать, о таких делах я знаю не больше твоего, я лучше кое–что сделаю…
— Ф… — Гарри ничего смог сказать, ибо девушка прочно заткнула ему рот своими мягкими губами.
Что было дальше, Гарри почти не помнил: они целовались сперва в кресле, потом как–то, он не помнил как, оба оказались на кровати. Еще через некоторое время они уже были без одежды, лишь вновь почувствовав ее под своими руками ее шелковистую кожу, ее послушное тело, ее мягкие груди на себе, Гарри понял, каким был дураком. Как же ему не хватало этого весь этот месяц, пока он силился выкинуть из головы даже мысли и воспоминания об этом… Сейчас уже не было той застенчивости, что в прошлый раз, сейчас Гарри имел кое–какие представления о том, что и как делать…
Утром они проснулись одновременно, и в этот раз таки опоздали на завтрак…
Последние дни каникул прошли быстро и как в сказке, видимо, вторая ночь полностью разбила ту неловкость, что выстроилась сперва между ними. И они провели вместе и следующую ночь, и следующую, и ту, что шла за ней… Гарри чувствовал себя почти счастливым, и беспокойства связанные с началом учебного года отошли на второй план, вернувшись лишь утром первого сентября. Начиная с сегодняшнего вечера и весь будущий год, ему предстояло играть свою роль перед всей школой, где, впрочем, в их секрет был посвящен только директор. А, как известно, его друзья любят все знать о нем, впрочем, он был с собой откровенен, он и желал знать все о своих друзьях… Ему вспомнилась Гермиона на третьем курсе: он тогда обиделся гораздо сильнее, нежели подавал виду, узнав, что она от них скрывала. В этот раз скрывать придется ему, да еще и Пророчество… Гарри не знал, стоит ли посвящать друзей в эту, прямо скажем, неприятную и очень опасную тайну. Гарри даже обратился за советом к директору, тот опять ушел от прямого ответа, но дал понять, что не станет возражать, откройся Гарри близким друзьям. Но пока Гарри еще ничего не решил, время покажет.
Стоя на вершине Северной башни, они смотрели, как Хогвартс — Экспресс остановился у станции, вот показались ученики… Толпа первокурсников собралась вокруг лесничего, который казался большим даже с этого расстояния. Остальные учащиеся расселись по каретам, на долю мгновения Гарри разглядел копну огненно рыжих волос, но был ли это Рон или Джинни понять не смог. Среди прочего, его внимание привлекла фигура в откровенно зеленой мантии, этот человек явно не был школьником, наверное, новый учитель, тот самый, по ЗОТИ… Только вот издалека он казался не очень ловким, сутулым, Гарри даже подумалось, он полноват, наверное, обман зрения из–за расстояния…
Они вместе спустились вниз и укрылись в специально выбранном закоулке, чтобы услышать толпу учеников, а их бы никто не заметил. По плану, который они вместе подготовили, Гарри надлежало войти в зал после всех, когда до распределения останется всего несколько минут… Сперва рассматривалась идея просто сразу усадить Фламию за стол Гриффиндора, но это было бы слишком сильным отступлением от традиций. Потому, ей таки предстояло войти в Зал вместе с первокурсниками, а значит, время разлуки надлежало свести к минимуму.
Вот толпа учеников прошла мимо них и втянулась внутрь Зала, судя по гаму, они уже расселись, Гарри несколько раз услышал упоминание о себе, похоже, его отсутствие не прошло не замеченным, что неудивительно. Как и полагалось, они выждали десять минут, как и полагалось, потом Фламия неожиданно клюнула его губами в щеку и направилась в комнату, где уже должны были собраться первогодки, ее ждала маленькая выволочка от МакГоннагалл.
Гарри же направился к двери в Большой Зал, у самого порога он задержался, ему в очередной раз предстояло стать объектом всеобщего внимания… Как ему это надоело! но тут, он был вынужден согласиться с директором: если сначала привлечь внимание, то все будут в меньшей мере ждать и искать подвох в его поведении… Гарри глубоко вздохнул и толкнул ворота.
Глава 10. Начало
Как только ворота в Зал открылись, как наступила полная тишина, все до единой головы повернулись к нему, Гарри вновь почувствовал себя не уютно, хотя за столько лет пора было бы уже и привыкнуть…
— Простите за опоздание, профессор, — выдал он директору заранее подготовленную фразу, — я настолько увлекся, что…
— Прекрасно тебя понимаю Гарри, — если директор и улыбнулся, то это было надежно скрыто его бородой. — Я и сам бывает, не замечу, как пролетает время, да и не опоздал ты…
Гарри благодарно кивнул и двинулся к своему столу, он сразу заметил сидящих рядом Рона и Гермиону, рядом с ними, конечно же, обнаружилось пустое местечко. Оба его друга глядели на него с несомненным облегчением, похоже, не увидев его ни среди встречающих, ни даже в Зале, они вообразили невесть что… Гарри радостно им улыбнулся и поспешил к своему месту под приветственный гул гриффиндорцев, и явственный смешки и презрительное посвистывание из–за спины, где располагался стол Слизерина.
— Ну, старина, и перепугал же ты нас! — Приветствовал его Рон, едва успел он коснуться сиденья.
— Гарри, мы так волновались… — С явным укором добавила Гермиона.
— Да все в порядке, — Гарри явственно почувствовал, что дело пахнет длинной моралью в его адрес, и поспешил прервать. — Я просто зачитался… — Эти слова, как и следовало ожидать, не прошли незамеченными.