- О-о... Маркиза говорила, что в страже в последнее время появились простолюдины. Наверное, тебе тяжело здесь, во дворце?
- Жить вообще нелегко, - пожал плечами Марк, - но это же не повод бросаться на шпагу? Да не так уж сильно они меня и достали.
- Тем не менее, полезное заклинание у тебя всегда наготове, - поддела Алета.
- Предусмотрительность - мое второе имя, - согласился Марк.
- А первое - безрассудство?
- Есть такое, - легко рассмеялся он.
Бальный зал приближался, звуки музыки стали слышнее. Музыканты пробовали первые такты.
- Идем скорее, - заторопился Марк, - сейчас эльс будет. Заодно и попрактикуешься! Вы ведь позволите вас пригласить, прелестная баронесса?
- А если я споткнусь?
- Подхвачу. Никто ничего не заметит. Ну же, Алета! Неужели тебе не хочется танцевать в императорском дворце?!!
- Хочется, - призналась - как выдохнула она.
- Ну так просто возьми и сделай это. Раз хочется. - Черные блестящие глаза звали, манили, провоцировали. Баронесса и сама не поняла, как вложила свою руку в его ладонь и позволила вывести себя на середину зала.
Все гости, а заодно и все убранство зала слилось в одну яркую цветную ленту. Алета часто дышала от волнения и, вместе с тем, чувствовала какую-то шальную радость. Вступили скрипки. Их поддержали клавикорды. Ритм она уловила сразу: раз - два - три... Ничего сложного.
- Я счастлив танцевать с такой ослепительной партнершей, - едва слышно шепнул Марк.
Больше всего это оказалось похоже на полет. Тот самый, с Эшери, на облаке. Когда под ногами нет земли - но это не беда. Кому нужна земля, когда воздух отлично держит, а волшебная музыка ведет?
Алета быстро поняла, что Марк имел в виду, когда обещал "подхватить" - его руки уверенно вели, почти несли ее над наборным паркетом. Баронессе казалось, что она, действительно, почти не касается его подошвами туфелек.
Она кружилась, полностью отдаваясь волшебству музыки и уверенным рукам, а рядом сияли черные глаза: обещая, маня... "Получайте удовольствие, моя госпожа. Если вы ошибетесь - я подхвачу..."
- ...У него самые потрясающие глаза в мире! - подумала Алета и весело ужаснулась - ни о ком и никогда она не думала так. Это музыка, поняла она, - музыка эльса властно завладела не только телом, но и мыслями баронессы. Это опасно, - сообразила девушка, - и может стать непоправимым... И принялась с удовольствием думать дальше: о том, как нежны и уверены его ладони, как горяча улыбка и как идет ему черный костюм. Пожалуй, если расценить объективно, без оглядки на волшебство танца - они и впрямь были самой красивой парой в этом зале...
Старая маркиза оказалась права. Не стоило танцевать эльс тем, кто не планировал влюбляться.
Но разве любовь спрашивает о наших планах?
Все палачи в Лонгери глухонемые. Им не режут языки и не лишают слуха насильно, подбирают таких. А расследователи - под заклятием Немого Огня. И тоже - все. Не хочешь принимать заклятие - боишься или вера не позволяет, бывает и такое, что ж... твой выбор. Но, будь ты хоть каким умелым, а дальше младшего помощника не поднимешься.
Были и такие - у него уже полбороды седой, а он все младший помощник. На них почти не обращали внимания, кому они интересны. А зря...
Иногда то, что человек не поспешил, теряя тапочки, вскарабкаться по карьерной лестнице на самую вершину, говорит вовсе даже не о глупости его. Наоборот - о житейской мудрости.
Ну и еще, немного - о трусости и отсутствии амбиций. Но ведь это всегда так и бывает. Жизнь справедлива и любит равновесие - и поэтому всегда одной рукой дает, а другой отнимает.
Это Кей Ори, младший расследователь, как шутили его коллеги - самый старший младший понимал очень хорошо и на глупые шутки не обижался.
Да, он видел то, как горделиво взлетают те, кто еще недавно подавал ему чернильницу и очинял карандаши: перстень барона, бархатный костюм, собственный выезд а то и портальное зеркало...
А потом видел их же, таких же молоденьких, нагих, как в день появления на свет - на большом столе в подвале, под ярким магическим светом и с юккой меж ребер. Или - внизу, в подвалах Лонгери, растянутых на дыбе.
Так что, положа руку на сердце, о сделанном когда-то выборе Кей Ори не жалел. Не слишком жалел.
Его почти не замечали, с годами врожденное умение сливаться со стенами стало еще лучше, а Кей, сообразив, что к чему, приложил не мало усилий, чтобы довести его до совершенства.
В его наполовину седой голове скопилось немало тайн, не слишком значительных и не влияющих на судьбу Империи, но зато и не имеющих срока годности. Парочку он продал, когда сестра выходила замуж, чтобы справить ей достойное приданое и дом в столице. Остальные -приберег.