- Но я же ничего не сказал!
- Ты сказал ровно на три слова больше, чем имел право, - ласково заверил Эшери и добавил, - Я тоже скажу три слова: трибунал, петля, лошадь...
- Я - князь Диамант!
- Да хоть сам Верховный Жрец, - пожал плечами Монтрез. - Значит так, мальчик. Если никто тебя не научил политесу, придется мне. У тебя есть одна возможность выжить и сохранить свое место при командующем...
- Вы забываетесь!
- Хочешь проверить мои полномочия? - улыбнулся Кот. - Нет? Так я почему-то и думал. Так вот, красавец: завтра - штурм. Ты упадешь в ноги Керу и выпросишь привилегию идти на стены в первых рядах.
- Но я адъютант маршала и буду нужен...
- Кер найдет, кем тебя заменить. А ты пойдешь с солдатами. И если тебя ранят... Только, действительно, ранят, в бою - предупреждаю сразу, вздумаешь сам себя поцарапать, я пойму. Так вот: прольешь кровь за империю - и я промолчу о твоем промахе. Вернешься невредимым... Петля, лошадь. Звезда над безымянной могилой. И даже твой отец слова поперек не скажет. Утечка информации в военное время - это серьезно, мальчик.
Гонец впал в ступор, глядя на Эшери остекленевшими глазами. Монтрез сам забрал у него их рук пакет, махнул изящной кистью, предлагая убираться на все четыре ветра и снова опустился на землю.
- Мелкая пакость, - без выражения сказал он.
- Отчет по делу Шайро-Туан, - Марк рывком сел и сотворил купол тишины. - Если это касается Алеты, то касается и меня.
- Каким образом?
- Не скажу. Извините, Ваша Светлость, не моя тайна. Но если ей нужна помощь... Я могу быть очень полезным парнем.
- Он охрененный аналитик, - кивком подтвердил Беда.
- Что, и под Немой Огонь пойдете?
Без слова Марк расстегнул крючки камзола и распустил шнуровку на рубахе. Взглянув на это безобразие Монтрез закатил глаза...
- Алета в Атре. - заговорил он, - С императора требуют выкуп - ее владения, вместе с шахтами. Он на это пойти не может. Здесь - отчеты людей, которые пытались ее вытащить. Если ты и в самом деле такой хороший аналитик... Мне нужно знать, на каком этапе они споткнулись.
Марк сгреб двумя руками волосы и углубился в чтение. Герцог и командир наемников не мешали и не торопили - что другое, а профессионально сливаться с пейзажем они умели в совершенстве.
Спустя клепсидру Винкер медленно выпрямился и потер лицо, но вместо ожидаемого анализа выдал:
- Мне нужны стандартные армейские накопители. У меня только три штуки. У Райкера, под расписку, могу получить еще штук пять - семь. Мало!
- Сколько же хватит? - оторопел Монтрез. Герцога можно было понять - обычно ворота в городской стене выносили всего двумя пирамидками.
- Ну... думаю, десятка два. Лучше - больше. И - я иду с вами, герцог, это не обсуждается.
- Винкер идет в Атру с двумя десятками пирамидок... Помолимся, други! - произнес Беда с такой глубокой убежденностью, что проняло даже законченного циника Монтреза.
- А ведь красивый городок... был, - задумчиво сказал он.
Сбылись страхи генерала Райкера - двое разрушителей встретились и немедленно поладили. Может быть, кроме молитвы и покаяния, имело смысл какой-нибудь окоп отрыть? Или сразу - бункер? Из заклятой брони?
Или уже поздно?..
Последнюю мысль Беда постарался отбросить, как паникерскую. Но она возвращалась с назойливостью уличного попрошайки, не давая покоя.
Не смотря на летнюю пору, темнело здесь рано. Вернее, не темнело даже, а серело, выцветало. Весь мир словно накрывало серым шелком, вроде бы и не темным, но довольно плотным.
Одна из круглых башен, берегущая покой города, почти не угадывалась в хмари. И в этом был немалый плюс - Винкера с Монтрезом тоже увидеть со стен было нереально.
- Ничего, тот, кому надо - увидит все, что ему следует видеть, - заверил Эшери. - Не больше, но и не меньше.