- Не дурней рыбы, - буркнул Ясан.
И исчез, словно его тут никогда не было.
Ночью прошел короткий, но сильный дождь и сейчас под ногами чавкала раскисшая земля. Шли, подсвечивая себе "светляками", чтобы случайно не наступить на змею. Но и без змей спуск с холма к устью широкого ручья (или маленькой реки?) был тем еще квестом.
Улица, которой они спускались, ближе к подошве холма благополучно закончилась довольно высоким забором. Перемахнув через него оказались во дворе, где смолили лодки. Что это значило - объяснять не нужно. Еле выбрались без потерь, на ногах и не перемазавшись как демоны.
Потом были еще какие-то дворы, дворики и сарайки, прошли насквозь чью-то кухню... или не кухню, но что-то там, определенно, варили.
Понюхав воздух Арже спросил:
- Это едят, пьют или поджигают?
Вопрос остался без ответа.
Наконец, выбрались к воде, ориентируясь больше по звуку, потому что перед рассветом сгустился туман и в считанные мгновения затопил все видимое пространство.
- Ясан? - позвал Марк. Вроде бы тихонько позвал, но звук отразился от воды, вернулся эхом и долго еще носился над водой, натыкаясь на брошенные лодки.
На плечо легла маленькая, но неожиданно тяжелая рука.
- Пойдем.
Голос контрабандиста туман не подхватил. Короткое слово где сорвалось с губ, там и сгинуло.
Ориентируясь на спину вчерашнего пленника, обтянутую кожаной жилеткой, солдаты спустились вниз. У берега темнела здоровенная, тяжелая лодка, обшитая "внахлест".
- Помогите столкнуть.
Арже и второй парень разулись, закатали штаны и зашли в воду.
- Как мы поплывем-то в таком молоке?
- Хорошо поплывем, - отозвался Ясан, - тихо и незаметно. Старая Лани дело знает.
- Так это "ведьмин туман"? - догадался Арже, - Значит, в Южном кто-то остался?
- Никого. Только я и Лани. Она идти не может, ноги больные. А мне надо за сына отомстить.
Вместо нормальных уключин на лодке были два деревянных колышка, но Ясана это не смущало. Он поднял со дна весла, опустился на скамью, расставил ноги по шире и сделал аккуратный гребок.
- Отец, если устанешь я на весла сяду, - негромко сказал Арже, - я умею грести.
- Сынок, - скривился Ясан, - ты устанешь ждать, пока я устану на веслах.
Контрабандист ничуть не бахвалился: лодка шла довольно ходко, а взмахи весел были такими аккуратными, что по воде не разносилось ни звука.
Внезапно весло за что-то зацепилось. Ясан выругался, зло и грязно и бросил быстрый взгляд на своих попутчиков. Те глазели по сторонам. Одетые кто во что горазд, вернее, кто что нашел в брошенных домах, они и впрямь напоминали местных рыбаков и торговцев. Только те были гораздо внимательнее.
Никто из пассажиров не заметил, что "топляк", задержавший лодку, был одет в мундир. В очень знакомый синий мундир. Видно кто-то плохо камень привязал, вот он и всплыл не ко времени. Хорошо - туман!
Постепенно мир просыпался. Заплескались рыбы в заводи. Спел рассветную песню житарь в кустах тамалики. Туман становился рыжим и прозрачным, и солдаты сообразили, что лодка уже давно покинула устье реки и пробирается вдоль побережья.
- Здесь течение встречное. Не сильное, но тормозит, - объяснил Ясан, - поэтому немножко долго. Обратно быстрее пойдем.
- Где ты нас высадишь?
- У Белой рыбы.