Агент Белл подходит ближе к экрану. Ее глаза внимательно изучают обугленное клеймо.
- Вот именно, - соглашается она, и Роллинс выжидающе поднимает брови. Он не перебивает.
- Мы пришли к выводу, что удаление клейма - это судебно-медицинская контрмера, чтобы помешать нам связать убийства вместе. Некоторые смерти настолько ужасны, что, если бы у судмедэксперта никогда не было клейма первой жертвы для сравнения, мы, возможно, вообще не знали бы, что нужно искать клеймо.
Я ощетиниваюсь из-за ее неуверенности в моих навыках. Я бы обнаружила клеймо во время экспертизы, увидев глубокий зарубцевавшийся шрам.
- Ее клеймо было поставлено не для того, чтобы скрыть связь, - продолжает Белл. - Но чтобы скрыть тот факт, что это было сделано посмертно.
Мой рот приоткрывается.
- Да, именно к такому выводу мы пришли. Удаление или повреждение кожи мешает нам определить, было ли клеймо нанесено до или после смерти.
Агент Белл оборачивается ко мне.
- Вы нашли какие-нибудь другие доказательства, подтверждающие это?
Обри меняет позу.
- При первоначальном анализе в организме жертвы были обнаружены остатки «Трифекты». Но дальнейшие исследования показали, что наркотик еще не прошел через органы жертвы. Ей ввели препарат после смерти.
Я нахожу глаза Куинна, и это всего лишь вспышка - одна вспышка, - но я вижу в них облегчение. Возможно, он сфабриковал улики против Мэддокса, но Мэддокс виновен в преступлении, которое совершил. Это скользкий путь, с которого, я уверенна, Куинн пытался сойти, но правда в том, что, если бы Куинн не разместил в базе отпечаток пальца Мэддокса, он никогда бы не получил ордер на обыск его офиса и не обнаружил орудие, которым была убита Марси Белофф.
Только зная Куинна, ему, возможно, было бы легче вынести чувство вины. Интересно, будет ли он подвергать сомнению все свои расследования, сравнивая свои действия с единственным моментом, когда он пошел против своего кодекса.
- Я полагаю, что вы только что выстроили дело Содружества, - заявляет агент Белл. - Тело, орудие убийства, умысел... — она загибает пальцы, - …и квитанции, найденные в кабинете Мэддокса, показывают, что он даже купил дизайнерское платье, в котором умерла жертва, - она направляется к выходу.- Все, что нам сейчас нужно, - это сам Мэддокс.
- С каким намерением?
На вопрос Куинна агент Белл останавливается возле тележки для вскрытия.
- Смерть жертвы, возможно, и не была преднамеренной, но Мэддокс и МакГрегор работали вместе, чтобы помешать расследованию.
Губы Куинна сжимаются в жесткую линию.
- Вы собираетесь обратиться в Содружество с просьбой о двойном судебном разбирательстве.
Агент Белл на мгновение выглядит смущенной. Она встряхивает головой, убирая челку с глаз.
- Эта жертва связана с остальными, детектив. Независимо от того, что она не была проданной рабыней, предназначенной для аукциона, действия, предпринятые для того, чтобы связать ее с этими жертвами, помешали нам раскрыть преступление Мэддокса раньше. Отсрочка его ареста гарантировала проведение аукциона в «Скайларке».
Прищурившись, Куинн делает шаг вперед.
- Вы также могли бы сказать, что без аукциона мы, возможно, никогда бы не задержали МакГрегора и всех покупателей. Курица и яйцо.
Ее лицо озаряется улыбкой.
- Не думайте так, детектив Куинн. Это глубокая, темная кроличья нора, которая может свести вас с ума, - она поворачивается, чтобы уйти, бросая через плечо: - Мэддокс и МакГрегор замышляли все вместе, и ко дну они пойдут тоже вместе. Все доказательства делают их обоих виновными и могут быть вырваны из контекста, если их дела будут рассматриваться отдельно друг от друга. Нам нужны они оба.
Быстро проверив свой телефон, агент Роллинс коротко кивает нам и следует за агентом Белл, оставляя за собой неловкое молчание.
Обри выжидающе смотрит на Куинна, словно ждет, когда тот уйдет.
- Мы можем еще что-нибудь для вас сделать, детектив?
Легкое покачивание плеч Куинна подчеркивает, что на нем надета оружейная кобура, и этот факт не ускользает от меня. Вместо того, чтобы обратиться к Обри, он смотрит на меня.
- Сколько еще тебе нужно времени здесь закончить?