— Что? — Керри покрутил ручку. — Интересно, что это было? Какая-то любительская станция… Нет, их антенна не ловит. Странно…
Он пожал плечами, перебрался на кресло возле полки с пластинками и окинул взглядом фамилии композиторов и названия. Куда же делся «Туонельский лебедь» Сибелиуса? А, вот он, рядом с «Финляндией»…[9] Керри снял альбом с полки и положил на колени. Свободной рукой достал из кармана сигарету, сунул в рот и принялся на ощупь искать на столике спички. Нащупал, зажег, но спичка тут же погасла.
Он бросил ее в камин и уже собрался было зажечь следующую, когда внимание его привлек какой-то звук. Это была радиола — она шагала к нему через комнату. Непонятно откуда возникло длинное щупальце, взяло спичку, чиркнуло ею о нижнюю поверхность столешницы, как это всегда делал сам Керри, и подало ему огонь.
Керри автоматически затянулся, после чего резко выдохнул и зашелся в раздирающем легкие кашле. Сложившись пополам, он некоторое время ничего не видел и не слышал.
Когда он снова оглядел комнату, радиола стояла на своем месте.
Керри закусил губу.
— Марта! — позвал он.
— Суп на столе, — донесся голос Марты.
Керри пропустил ее призыв мимо ушей. Он встал, подошел к радиоле и подозрительно осмотрел ее. Штепсель был вытащен из розетки, и Керри осторожно воткнул его на место, после чего присел, осматривая ножки аппарата. Отлично отполированное дерево.
Он пощупал их, но это тоже не дало ничего нового — дерево, твердое и совершенно мертвое.
Черт возьми, каким же чудом…
— Обед! — снова крикнула Марта.
Керри швырнул сигарету в камин и медленно вышел из комнаты. Жена — она как раз ставила на стол соусник — внимательно посмотрела на него.
— Сколько мартини ты выпил?
— Только один, — ответил Керри. — Я, кажется, задремал. Да, точно, задремал…
— Давай закусывай, — приказала Марта. — Это твой последний шанс отъесться на моих хлебах, по крайней мере на этой неделе.
Керри машинально нащупал в кармане бумажник, вынул из него конверт и бросил его Марте.
— Вот твой билет, ангел мой. Не потеряй.
— Правда? Целое купе для меня одной? — Марта сунула билет обратно в конверт, радостно напевая. — Ты точно справишься без меня?
— Что? А, да-да, думаю, справлюсь. — Керри посолил авокадо и встряхнулся, словно освобождаясь от дремы. — Конечно справлюсь. А ты езжай в Денвер и помоги Кэрол родить ребенка. Как говорится, семейственность — прежде всего.
— Она моя единственная сестра. — Марта широко улыбнулась. — Ты же знаешь, какие они с Биллом нескладные. Им нужна твердая рука.
Керри не ответил. Он размышлял, наколов на вилку кусок авокадо и бормоча что-то под нос о Беде Достопочтенном.
— О чем это ты?
— У меня завтра лекция. Каждый семестр возимся с этим Бедой, черт его знает почему.
— Ты уже подготовился?
— Конечно, — кивнул Керри.
Он читал в университете уже восемь лет и знал программу наизусть.
Немного позже, за кофе и сигаретой, Марта взглянула на часы.
— Скоро поезд. Пойду закончу собираться. Посуду…
— Я помою.
[9] «Туонельский лебедь», «Финляндия» — симфонические поэмы финского композитора Яна Сибелиуса (1865–1957).