После не очень долгого, но очень плодотворного общения, во время которого Денис выяснил все, что его интересовало, он молниеносно выхватил «Черный коготь» и снес голову охотнику за головами — все, как обещал — без мучений. Затем, как бы ни было ему противно и влом этим заниматься, наступив, можно сказать, на горло собственной песне и задушив природную лень, он покидал все трупы в серебряную Торбу Архата, доставшуюся ему от мага первой зондеркоманды, и отправился в Серую Башню.
Там старший помощник немножко побродил по пустым и гулким коридорам, не менее пустым залам и лестницам и поматерился про себя на обильную засранность помещений. Имеется в виду засранность в самом, что ни на есть, прямом смысле этого слова — речь не идет о грязи, мусоре и т. д. и т. п., которые тоже присутствовали, а об обильном дерьме, разного возраста, начиная с окаменелых останков и заканчиваю недавно наложенными вонючими кучами, щедро разбросанными тут и там.
Ну, тут ничего не поделаешь, народ везде одинаковый, что на Земле, что в любом другом мире — если есть какое бесхозное строение, хоть ракета на детской площадке, хоть развалины чертогов Черного Властелина — обязательно будут гадить — видимо какой-то еще не открытый закон природы.
Бродил по Серой Башне, обходя заминированные участки, Денис довольно долго, пока не нашел место, подходящее для его замысла. Местом этим являлся большой зал на втором этаже с балконом, выходящим на сторону противоположную шоссе «Ругаз — Брасар». Выбор обуславливался тем, чтобы последствия предстоящего эксперимента не стали достоянием многочисленных прохожих и проезжих, вояжирующих по тракту. Дверь на балкон, разумеется, отсутствовала и по помещению гуляли сильные сквозняки — то, что надо.
Посередине зала старший помощник извлек из серебряной Торбы Архата все, имевшиеся там трупы — имеются в виду не только сегодняшние, но и те, которые образовались после встречи Дениса с зондеркомандой с собакой. Старший помощник, вполне справедливо, решил, что трофейная Торба не морг и пора ее немножко почистить, а то мало ли, как жизнь повернется — придется там продукты хранить, а держать продукты рядом со жмуриками — это как-то не комильфо. Роспотребнадзор такого бы не одобрил.
Следует отметить, что все трупы были абсолютно свежими и если для сегодняшних это было совершенно естественно, то аналогичная сохранность тел, почившей в бозе первой зондеркоманды — будто ее только что укокошили, наводила на мысль, что время в Торбе Архата останавливается. Такое умозаключение могло бы показаться совершенно диким, а особенно человеку с законченным высшим техническим образованием, но другого у Дениса не было. Впрочем, Торба Архата и так нарушала все известные старшему помощнику законы природы, так почему бы и времени в ней не останавливаться? Все эти досужие размышления не помешали Денису сжечь все тела дотла, оставив от них только пепел.
Занимался этим, не самым веселым, занятием старший помощник не из любви к искусству, как можно было бы подумать, а с четкой и конкретной целью — не дать ни малейшего шанса нейтенским сыщикам, включая некромантов, если они все-таки найдут следы прошедшей битвы, ни малейшего шанса на получение конкретной информации о тактике и стратегии ведения хартыгом боевых действий, а также о его вооружении. Меньше знают — крепче спят. Да и подходящий случай представился избавиться от «старых запасов».
На все про все ушло восемь файерболов шестого ранга — заодно Денис узнал «емкость обоймы» одного артефакта. А пепел развеял по ветру — благо воздушных гаджетов тоже хватало. Теперь никаких претензий от местных правоохранителей, по поводу исчезновения пятерых гостей из Нейтена, быть не могло — нет тела, нет дела. Впрочем, если захотят придраться, то повод найдут, да и без повода могут, но, юридических оснований у них не будет, что уже хорошо.
А вот с Джолой все было плохо, причем, во всех смыслах этого слова. Когда ее труп найдут, то наверняка посчитают, что ее задушил Арамис — все знают, что у них связь, многие видели, как она вошла к нему в номер и никто не видел, как она вышла. Наверняка посчитают, что поссорились, а Арамис парень горячий — вот и придушил любовницу, а тело потом заныкал в какую-то кладовку.
Да что там говорить — старший помощник и сам бы так подумал, будь он на месте прогрессивной общественности. Ситуация складывалась неприятная — до Турнира рукой подать, связываться с местными властями не хочется, а как это сделать не совсем понятно. Если Арамиса еще не ищут, то начнут это делать в самое ближайшее время. Поэтому, надо крепко подумать, как выбраться из этого дерьма с минимальными потерями.
При мыслях о юной прекрасной девушке, которую лишили жизни походя, хладнокровно и без малейшей ее вины в чем-либо, ради того лишь, чтобы выманить Дениса к месту заклания, его более-менее умиротворенное настроение сменилось злой радостью.
Хоть и говорят, что месть — это блюдо, которое подают холодным, но и в горячем виде оно выглядело тоже очень даже неплохо. Послевкусие, если можно так выразиться, было замечательным — кроме злой радости старший помощник испытал еще и облегчение, подобное тому, которое испытывает человек, полностью выплативший ипотеку и почувствовавший, что теперь он свободен. Был такой древний фильм — «Это сладкое слово Свобода». О чем, уже и не вспомнить, но, название хорошее. Отныне, отомстив за смерть Джолы, раздав, так сказать, все моральные долги, старший помощник мог спокойно подумать и о себе любимом.
Для начала надо было спокойно, без суеты, проанализировать сложившуюся ситуацию и понять, что нужно предпринять по выходу из этого исхода, какие шаги можно сделать, а какие — категорически нельзя. Оставаться в засранной Серой Башне решительно не хотелось и Денис выбрался а природу. Углубившись подальше в чащу, старший помощник нашел подходящее место, присел на пенек и достал пирожок… тьфу ты, это не отсюда — достал не пирожок, а баклажку с пивом, копченый окорок и хлеб. И что характерно — все свежее! Торба Архата — это вещь! Думать во время еды о плохом вредно, поэтому Денис сначала поел, а уже потом задумался.
Первое, что сразу приходило в голову — возвращаться в гостиницу нельзя. Там его и арестуют, ну-у… точнее говоря — попробуют арестовать. А старшему помощнику надо устраивать разборки с властями Ругаза? — нет, старшему помощнику этого не надо. Следовательно, его баснословное дорогое, но, это — хрен-то с ним, деньги есть, а самое главное — весьма комфортное жилье накрылось медным тазом. Обидно? — очень даже, но, ничего не поделаешь — надо искать другое. Какое? — а фиг его знает. Все приличные места заняты, неприличные, с удобствами во дворе — тоже, коровники и свинарники не предлагать.
Не придя ни к какому определенному мнению по квартирному вопросу, Денис плюнул на это дело, решив, что утро вечера мудренее, будет день — будет пища, а проще говоря, понадеялся на русский авось — само как-нибудь рассосется — в крайнем случае можно и в лесу пару ночей в палатке перекантоваться — от него не убудет — не сахарный, не растает. Закрыв тему с квартирным вопросом, старший помощник принялся размышлять о своей тактике и стратегии в отношении второй зондеркоманды, пущенной по его следу. Если отбросить все экивоки, надо было решить — что делать с этими суками?
Вариант номер один — залечь на дно, прикинуться ветошью, не отсвечивать, быть тише воды и ниже травы, чтобы не приведи господь, не привлечь к себе внимание, дождаться конца Турнира и разойтись с охотниками за головой Дениса краями — как в море корабли. Вариант номер два — устроить этим падлам Варфоломеевскую Ночь.
Немного подумав, старший помощник решил, что вариант номер один, вне всякого сомнения, хорош, однако, номер два — лучше. Затаиться, конечно же, можно, но вломить — приятнее. До лиц принимающих решения, которые затеяли охоту, к сожалению, не добраться, но, команду охотников можно взять на вилы. По крайней мере — попробовать.
«Раз уж начал давить прыщи, надо выдавить все!» — поддержал Дениса внутренний голос.
«Прыщи-то желудочные… — меланхолично отозвался старший помощник. — Лучше бы желудок вылечить, но…»
«Лорда-мага грохнуть!?! — поразился грандиозности замыслов носителя голос. — Ты серьезно!?!»
«Шучу… — хмуро отозвался Денис. — Будем давить!»
«И это правильно! — вынес окончательный вердикт внутренний голос. — Нечего всякую погань за спиной оставлять!»
Глава 28
Беспечность и охотник за головами, а тем более охотник из лучшей пятерки Протектората Нейтен… ну, может и не самой лучшей, а скажем так — одной из двух лучших, есть вещи несовместные, как гений и злодейство. И это рядовой охотник, так что уж говорить про руководителя второй спецгруппы старшего медного Искусника Олтепха. Первый придерживался самых строгих правил касательно техники безопасности, а так же трудовой и производственной дисциплины.
Поэтому, в условиях боевого выхода, несмотря на то, что ночевать приходилось не в лесу, или в поле, лежа на голой земле и прикрывшись лопухом, ожидая ежесекундного нападения превосходящих сил противника, а в комфортабельных покоях резидента Протектората Нейтен в Ругазе, с практически нулевой вероятностью того, что проклятый хартыг потревожит твой сон, а больше и врагов на этот раз не было, график ночных дежурств исполнялся неукоснительно.
У Александра Галича в песне «Вальс его величества или Размышления о том, как пить на троих» есть такие строчки: «Культурный д
Олтепх считал, что его люди должны спать не менее восьми тарков и ни мгновением меньше. На самом деле на сон уходило еще больше времени, а именно — десять тарков. Почему? Считайте сами — каждый боец должен спать восемь тарков, но, этот же боец должен отдежурить свою смену, значит к этим восьми приплюсовываются еще два тарка, уходящих на дежурство.
Самыми лучшими вахтами считались первая и последняя. В этих случаях у человека был полноценный восьмитарковый сон, не разделяемый на две части, когда дежурство выпадало на вторую, третью и четвертую смены. Первую вахту навсегда, по праву сеньора, забрал себе Первый, а вот последняя доставалась всем по очереди. Изначально счастливчика выбрали бросив жребий, а затем менялись в порядке возрастания номера.
Кстати говоря, если бы высокое начальство узнало, что оперативники, мягко говоря — тратят на сон десять тарков, а если называть вещи своими именами — дрыхнут по полсуток, то непременно задало бы старшему медному Искуснику Олтепху вопрос: — А не охренел ли он!?! — Это был бы первый вопрос и сразу же второй: — А не слипнутся ли у вас у всех жопы от такого сладкого времяпрепровождения!?!
Но, в том-то все и дело, что высокое начальство было далеко и узнать о «шалостях» зондеркоманды Олтепха никак не могло — некому было донести. О специфических особенностях распорядка дня… точнее говоря — ночи, знали лишь сами члены отряда, а так же их коллеги из первой пятерки охотников под командованием старшего медного Искусника Имбалта, ну и резидент нейтенской разведки в Ругазе Берн Уктар, в резиденции которого все эти безобразия и происходили.