– Что сказал мистер Хэйт? – равнодушно спросила она.
– Ничего, – ответил он. – Возможно, в следующем месяце.
Она внимательно посмотрела на него; ее слух, настроенный на его голос, улавливал легчайшее косноязычие.
– Ты выпил, – бесстрастно заметила она.
– Только пару бокалов.
– Ну да.
Он зевнул в кресле, и на мгновение между ними воцарилось молчание. Потом она внезапно и резко спросила:
– Ты ходил к мистеру Хэйту? Скажи мне правду.
– Нет. – Он слабо улыбнулся. – По правде говоря, у меня не было времени.
– Я так и думала, что ты не пойдешь… Он послал за тобой.
– Мне наплевать. Меня тошнит от ожидания в его офисе. Можно подумать, это он оказывает мне услугу.
Он посмотрел на Глорию, словно ожидая моральной поддержки, но она вернулась к созерцанию сомнительной и малообещающей погоды за окном.
– Сегодня я чувствую себя довольно усталым от жизни, – осторожно заметил он. Она продолжала молчать. – Я встретил приятеля, и мы поговорили в баре «Билтмора».
Сумерки неожиданно сгустились, но никто из них не пошевелился, чтобы зажечь свет. Заблудившиеся невесть в каких раздумьях, они сидели в комнате, пока сильный порыв снега не заставил Глорию тихо вздохнуть.
– Чем ты занимаешься? – спросил он, когда молчание стало гнетущим для него.
– Читаю журнал. Там полно идиотских статей от преуспевающих авторов о том, как ужасно для бедных людей покупать шелковые рубашки. И пока я читала, то не могла думать ни о чем, кроме того, что я хочу серое беличье пальто, а мы не можем себе это позволить.
– Конечно, можем.
– Ну нет.
– Ну да! Если ты хочешь меховое пальто, то можешь получить его.
В его голосе, доносившемся из темноты, скрывались пренебрежительные нотки.
– Ты хочешь сказать, мы можем продать еще одну облигацию?
– Если это будет необходимо. Я не хочу, чтобы ты ходила раздетой. Правда, мы много потратили с тех пор, как я вернулся.
– Ох, заткнись! – раздраженно сказала она.
– Почему?
– Потому что я устала слушать, как ты болтаешь о том, сколько мы потратили или что мы сделали. Ты вернулся два месяца назад, и с тех пор мы практически каждый день устраиваем вечеринки. Мы оба хотели погулять, и мы это сделали. Ты же не слышал от меня ни одной жалобы, верно? Но ты только ноешь, ноешь и ноешь. Мне уже все равно, что мы делаем или что будет с нами, но, по крайней мере, я последовательна. И я не потерплю твоих жалоб и причитаний…
– Знаешь, ты сама иногда бываешь не очень любезной.
– У меня нет обязательств быть любезной. Ты не предпринимаешь никаких попыток изменить положение.
– Но я…
– Ха. Сдается, я уже слышала это раньше. Этим утром ты собирался не прикасаться к спиртному до тех пор, пока не найдешь работу. И тебе даже не хватило смелости зайти к мистеру Хэйту, когда он послал за тобой насчет судебного иска.
Энтони поднялся на ноги и включил свет.