— Да, — прошипела я. — Я знала, когда сбегала, что ты начнешь охоту на меня, и я знала, что, сбежав, ты получишь право кормиться от меня столько, пока я не умру. Так чего же ты ждешь?
Его брови нахмурились, глаза сузились, но вопреки зловещему выражению, запечатленному в его чертах, его рука оставила мои волосы, прижавшись к моей щеке.
Усиливая мои противоречия, он ответил мягким и сладким голосом.
— Я разозлился на тебя за то, что ты приняла очень неразумное решение, сбежав, учитывая опасность, находясь вдали от меня, ты же видела сон. Не говоря уже о том, что на тебя с Эдвиной напали вампиры, которые заявляли о своих мерзких намерениях, так что ты знала, что угроза была не в одном лице. Тем не менее с моей стороны было бы безрассудно убивать тебя из-за того, что ты приняла опрометчивое решение, моя дорогая, учитывая, что это значительно нарушило бы мои планы провести с тобой вечность.
Я перестала дышать.
Да, перестала.
Полностью.
Когда я выдавила, вырвался порыв воздух.
— Что?
Люсьен улыбнулся, и улыбнулся он полностью всем лицом. Я никогда не видела, чтобы он так открыто улыбался, эффект был ошеломляющим.
Затем он приблизил свое лицо ко мне и прошептал:
— Я планирую провести с тобой вечность.
Я уставилась на него.
Затем прошептала в ответ:
— Планируешь?
Он кивнул.
— Именно так.
— Я... я...
О, боже мой!
Он серьезно? Или это еще одна игра?
— Как? Почему? Когда ты...? Но ты не можешь, — пробормотала я, запинаясь.
— Могу, — ответил он.
— Это против правил, — напомнила я ему.
— Правила изменились, — сообщил он мне.
О боже. И снова Люсьен делал все, что хотел, и плевать на последствия.
— Люсьен...
И вот он уже не лежал на мне сверху, а я не лежала на спине.
Он сидел на заднице на кровати, а я сидела на нем верхом. Он крепко обнимал меня за спину одной рукой, прижимая мое тело к себе. Другой рукой зарывшись в волосах, обхватив затылок и придвинув мое лицо очень близко к своему.
В тот момент, когда он переместил нас в своей вампирской манере, и прежде чем я поняла, что сижу на нем, совершенно неготовая к тому, что он произнес дальше (не то, чтобы я когда-либо рассчитывала на это), он заявил:
— Я люблю тебя, дорогая.