Ее ресницы вспорхнули от удивления, видимо я точно угадала цель, но она все-таки продолжила.
— Я и не для себя прошу… для Анечки… понимаешь, Шура… горе у нас…
И так театрально пустили слезу, а меня аж потряхивать уже начинает от всего этого фарса.
Стараюсь сохранить спокойствие.
— Недавно… Анечка прошла обследование… и у нее обнаружили опухоль…
Что-то новенькое.
— И что ты хочешь?
— Нужно сделать дорогую операцию за границей, а наших средств не хватит… ну так как, поможешь? Кроме тебя у нас никого нет, Шура. Мы же семья, в конце концов. — Театрально вспорхнули большие руки украшенные массивными кольцами и браслетами. Да, видимо денег нет совсем!
В задумчивости смотрю на эту ярко одетую и раскрашенную женщину, выглядит сейчас
точь в точь как убитая горем мать, и с сочувствием переспрашиваю.
— Значит, деньги на операцию нужны?
Она оживленно кивает.
— Да-да, и на восстановление! — Не теряется родственница. И расстроенная заглядывает мне в глаза.
Да, похоже для вас уже ничего святого не осталось, даже здоровье собственной дочери ради выгоды мне здесь положили. Неужели папино наследство так быстро закончилось?
Что ж раз ты со мной играешь, то и я сыграю, только по своим правилам.
— Ну что ж, как семье и не помочь! — С сочувствием и пониманием произношу.
Мачеха радостно захлопала глазенками в предвкушении, что я ей сейчас прямо здесь бабла отвалю.
— Только, мне нужны все результаты анализов Ани и предписания врачей на операцию. — Сухо заявляю ей.
Так, радость постепенно спадает, на смену приходит разочарование и злость, не беспокойся Ангел, это еще не все. И я продолжаю.
-Так же предоставь счет этой заграничной клиники, в которой вы собрались делать операцию.
— А это зачем? — Совсем меняется в лице мачеха и как-то даже боевой раскрас поблек.
— А ты думала, я тебе на руки деньги выдам? Или на твой личный счет переведу? Нет, все по правилам сделаем. Если Аня действительно больна, тебе бояться нечего и деньги по назначению уйдут. — Внимательно смотрю в ее на глазах меняющееся лицо, да, совсем скисла моя родственница, и заканчиваю непоколебимо. — А если нет… то тебе лучше здесь больше никогда не появляться. А сейчас освободи мой кабинет, у меня встреча.
— Да как ты..! — Снова пробился гномячий голосок.
Но обрываю резко ударив по столу. — Разговор закончен!
Этот неожиданный жест заставил ее прервать словесный поток.
Ангел поднялась и резко пошла к двери, бубня себе под нос
Из этого я четко разобрала. — Дрянь! И как она смеет?
Да, смею Ангел… смею не покупаться на твое вранье, в отличие от отца! Я тебе потакать не буду, и я тебе не кошелек!
Она выходит за дверь, и я замечаю Никиту.
Скорее всего, он слышал какую- то часть разговора, как неудобно.