— Пожалуйста, не убивайте никого. Я не хочу, чтобы его смерть или смерть кого-то другого была на моей совести…Я Вас прошу…
— Хм, — произнёс Матвей. — Ты слышал, ублюдок? Та женщина, мать твоего ребенка, которую ты бил и истязал, спасает тебе жизнь. Просит за тебя, гаденыш! Слушай внимательно и запоминай: с сегодняшнего дня ты забываешь об этой женщине и ребёнке. У тебя больше нет сына. Такой выродок, как ты, его не заслужил… Если попытаешься сам или через кого-то их разыскать — подпишешь себе смертный приговор. Только он будет приводиться в исполнение долго и мучительно. И никто тебя уже не спасет. Запомни хорошенько это. Я никогда дважды не повторяю. И второго шанса никому не даю.
Думаю, это недоразумение хорошо услышало Матвея, раз стало ползком оползать подальше от Кати, ближе к выходу. Но будет спокойнее, если пока девочка поживёт под нашим присмотром.
— Увидите этот мусор из квартиры, только аккуратно, без шума. — вмешался я. И скорую этому, что с переломанными ребрами вызовите.
Илья с другими оборотнями схватили бандитов и стали их выводить. Тот, которого вырубили на входе так и не пришёл в себя, поэтому его пришлось и вовсе тащить. Но даже такой упитанный бугай для оборотня не представлял слишком тяжелой ноши.
Через некоторое время, когда Катя собрала вещи, взяла ребенка на руки. И мы все вышли к машинам.
— Матвей, держи ключи — распорядился я, доставая ключи от своей городской квартиры — поедешь с Катей, отвезешь их с сыном на мою московскую квартиру. После этого, купи им продуктов в магазине, заполни холодильник битком. Ну и купи еще малышу, все, что нужно детского. А я с Ольгой на своей поеду с водителем.
Матвей понятливо кивнул и повел Катю в другую машину. А Ольга, села на заднее сиденье моей машины, и начала двигаться дальше, вглубь салона, любезно освобождая мне место. Я усмехнулся. Моя девочка думает, что я смогу спокойно ехать в сало находясь от нее на приличном расстоянии. Я сел в салон и тут же, взяв Ольгу на руки, пересадил её к себе на колени. Ожидал её сопротивления. Даже предполагал, что она может кусаться. Но Ольга в очередной раз меня удивила. Она уткнулась носом мне в шею, обвила её саму руками, и я услышал, как она вдыхает мой запах. Словно волчица…Это было безумно приятно. Притянул её еще ближе к себе, почти вдавил в себя.
— Ты так меня раздавишь, — полушепотом со смехом в голосе произнесла моя женщина. Тут я услышал тактичное покашливание и невозмутимый голос водителя:
— Альфа, к Вам домой едем?
Посмотрел на Ольгу. Она опустила голову, а потом вновь её подняла, и глядя мне в глаза, попросила:
— Егор, можно мне, пожалуйста, хотя бы не надолго, увидеться со своими дочерьми. Я очень по ним соскучилась.
Ответил водителю.
— Едем к детям. Их тоже пора домой забирать.
— К каким детям? — не поняла Ольга.
— К моим. — Невозмутимо ответил я.
— У тебя тоже есть дети? — изумленно произнесла Ольга.
— Есть. Две дочери. — Меня очень забавляла эта игра и реакция Ольги.
— Как и у меня. А почему ты мне раньше о них не рассказывал? А можно мы поедим вначале к моим дочерям, а потом к твоим?
Произнес, едва сдерживая смех:
— Давай наоборот, Ольга.
— Хорошо, давай. А что ты скажешь своим дочерям? Кем ты меня им представишь?
— Я им скажу, что привез им их маму, по которой они очень скучали, и о которой меня спрашивали…
У Ольги было непередаваемое выражение лица. Я надолго его запомню. А затем я серьезным голосом произнес:
— Ольга, на самом деле нет никаких твоих и моих детей. Есть наши общие. Две девочки Ева и Маша. Я был у них. И мой волк принял твоих детей за своих щенят. Я тоже чувствую, что эти дети мои. С того самого момента как это произошло, у меня есть потребность видеть наших дочерей. Играть с ними, находиться рядом, защищать и оберегать. Твоя мама, кстати, как не сопротивлялась, это приняла. Правда до твоего возвращения переезжать с детьми в наш дом отказалась. Но я надеюсь, сегодня мы их заберем. Ты же не возражаешь?
Я опустил взгляд и увидел, что Ольга плачет.
— Что такое? Я что-то не то сказал, чем — то тебя обидел?
— Нет, это я от радости…я и надеется на это не могла…
Глава 25
Ольга.