– Живчик на алкоголе делают – эти самые спораны, что я тебе показывала, в нём и растворяют.
Дверь в вагончик, что вполне ожидаемо, оказалась заперта. Девушка посмотрела на своего спутника. Эдуард пожал плечами:
– По замкам я не спец, могу лишь выбить дверь.
Катя задумалась, но после мотнула отрицательно головой:
– Не будем шуметь. По дороге где-нибудь перехватим. Готового живчика у нас пока хватает.
Накинув на плечо АКСУ, со своим автоматом в руках, направилась к джипу. Хотела положить бутылку с живчиком в найденный рюкзак, но передумала. Ведь она так и не осмотрела его, а на вес рюкзак тяжёлый. Может в нем, что не нужное, так чего тогда таскать лишний груз.
– Так вот откуда основной вес! – порывшись, она извлекла из рюкзака тяжёлый пластиковый пакет с ювелирными украшениями, а следом ещё один, поменьше, с семью золотыми слитками. Что-то она не припоминает, чтобы в памятке в качестве местной валюты фигурировало золото. Спораны, жемчуг, патроны и горох – да, а вот золото под сомнением, как и вечно зелёные американские картинки, абсолютно бесполезная стопка нарезанной бумаги. Без колебания и сомнения, Катя выбросила тяжёлые пакеты. Сама она и на Земле к золотым украшениям относилась с прохладой, а вот всякие фенечки буквально обожала и с удовольствием их носила. Вот и сейчас на запястье правой руки у неё повязано три узких браслетика ручной работы из цветного бисера.
– Что ты делаешь? Это же золото! – возмущённо воскликнул Эдуард, не отрывая взгляда от драгоценного металла, забыв обо всём на свете.
Девушка пожала плечами и равнодушно ему ответила:
– Если тебе нравятся такие побрякушки, то забирай. Мне они точно не нужны.
Эдуард быстро снял с плеч рюкзак. Хоть он и не совсем лёгок, ведь в нём находился цинк с патронами, но алчность заставила положить в него оба пакета. Девушка лишь усмехнулась. А вот это уже получше находка, хоть и тоже тяжеловатая – из рюкзака она вытащила матерчатый мешочек, заполненный автоматными патронами 7,62. Ещё три гранаты Ф-1, запалы нашлись отдельно в картонной коробочке. Гранаты она туже переложила в разгрузку, туда же и запалы. Продолжила разбираться с содержимым рюкзака. Бутылка виски – уже хорошо. Нашлась и фляжка с живчиком. Открутила крышку, понюхала. Смутил запах и это явно не живчик. Смочила губы жидкостью и, ощутив привкус уксуса, сплюнула.
– Что там? Живчик? – спросил Эдуард, с рюкзаком на плечах, он уже выпрямился и вспомнил, что желательно наблюдать за обстановкой.
– Не похоже. Наверное, раствор гороха…
– Раствор чего? Какого ещё гороха? Ты, часом не бредишь, солнышко? – думая, что она ошиблась, Эдуард с насмешкой на неё посмотрел.
– Образования типа споранов, используемые для других целей. Я ещё полностью памятку не изучила. Успела прочесть, что он растворяется в уксусе или уксусной эссенции. Будет время, изучу досконально.
Девушка переложила полезные находки в свой рюкзак, попробовала на вес – тяжеловато, но не критично. Посмотрела на АКСУ:
– Положи себе в рюкзак, — попросила она Эдуарда.
– У меня есть автомат, зачем мне ещё один? – После того, как забрал пакеты с золотом, его рюкзак потяжелел.
– Ну, как знаешь,.. – она отстегнула магазин и протянула напарнику, – возьми хоть это.
– Ты меня достала! На хрен мне эти патроны, если у меня другой калибр?!
– Слушай, Красавчик! – повысила голос Катя, – патроны в этом мире используются вместо денег, а твоё золото, как ты выразился, на хрен кому надо здесь.
– Но бандиты его таскали зачем-то, – попытался оправдать свои действия, запнулся и уже молча забрал магазин с патронами.
– Можешь их выщелкать, чтобы меньше веса было, – посоветовала девушка. – Всё, пошли!
– А куда идём? В смысле в какую сторону?
– Хороший вопрос,.. – девушка немного растерялась, на минуту задумалась и, приняв решение, ответила, – нужно искать местных жителей. У них и спросим где находится ближайший стаб. В памятке, к сожалению, ни карт, ни схем не было. Я, считаю, что нужно идти в город.
– В город? Да ещё пешком?! – возмутился Эдуард. – Это же пять километров!
– Предлагаешь ехать? А на чём? Машины бандитов неисправны, твари постарались их раскурочить.
– Можно на джипе Сарацинского. Режиссёру то он точно не понадобится, царство ему небесное… Крузак на ходу, не повреждён.
– Что-то боюсь я на нём ехать. Ты обратил внимание на технику бандитов? Я думаю, что не зря её так всю железом обварили. И то она их особо не спасла… Сзади!
За разговором не заметили, как к Эдуарду со спины, переваливаясь на ходу, приблизился ассистент режиссёра. По жизни добродушный и безобидный Лёша Никодимов. Правда, сейчас от прежнего парня ничего не осталось. Утробное урчание, лицо, не выражающее эмоций – судя по всему, разодранная до кости левая рука с болтающимися сухожилиями и откушенные четыре пальца на правой руке, совершенно его не беспокоили. Катя успела обратить внимание, что в их сторону бредут ещё четыре подобных персонажа. Она уже сообразила, что утробное урчание используется заражёнными, как манок. Некогда рассматривать, кто ещё из бывших коллег в этой шаткой цепочке, пора уже убираться отсюда. Пока Эдуард разворачивался, она опередила его и со словами: – прости, Лёша, – двинула автоматом в челюсть ассистента. Тот сразу завалился на спину.