Постепенно прогулка захватила меня, и я немного забылась, начала вставлять смешные реплики и описания к монотонному рассказу Императора.
Он напротив, будто погрустнел.
Периодически прижимал меня к себе, заглядывал в глаза. Тогда мне становилось грустно и одиноко.
Не знаю в чём логика, но так и было.
— А вот собственно и сокровищница. Открыть её могу только я. Зайти сюда ты сможешь только со мной. — зачем-то уточнил Констант.
Я честно говоря и в родительскую сокровищницу, редко заходила, хотя там всегда были горы драгоценных камней и золота. Меня давно уже не интересуют побрякушки — буквально лет с девяти.
Когда мы вошли в Сокровищницу, её осветили сотни магосветильников. И я удивлённо ахнула.
Площадь сокровищницы была настолько обширной, что я похоже не видела её границ.
Пройдя первые ряды тривиального золота и драгоценных металлов, мы попали в царство Артефактов.
Они были настолько разными, что я порой не понимала, что это вообще артефакт. Лишь наличие данной вещицы в сокровищнице, говорило о её необычном происхождении.
— Кристи. Я только сейчас подумал, что нам нужна связь.
Я смущённо потупилась.
— Ты опять о чём-то замечательно развратном думаешь? — удивился Констант и рывком притянул меня к себе.
И мы надолго забыли об Артефактах и прочих мелочах жизни.
Он пил моё дыхание, я его. Так и дышали.
— Интересно, мы так можем бесконечно? — очнулся вдруг любимый.
Я только смотрела на него мутными глазами.
— Похоже, да! — Констант вернул мне теплоту своих губ и мы собственно продолжили.
Когда я не смогла больше стоять, Констант подхватил меня отнёс на гору золотых монет. Аккуратно уложил и продолжил поцелуй…
Я видимо уснула. Проснулась собственно в Сокровищнице, на горе золота.
Это была моя первая ночь вне дома. И её я провела с любимым, на горе золота.
Надо сказать, не лучшее место мы выбрали.
Я проснулась от боли в шее.
Констант спал как младенец — сложив губы уточкой.
Какой же он замечательный!
Любовалась им, пока не проснулся. Открыв глаза, он неверяще посмотрел на меня. Потом закрыл глаза и с каким-то странным звуком, притянул меня к себе.
Шею прострелило болью.
— Ай! — простонала я.
— Что случилось? — всполошился любимый.
— Шея затекла! — пожаловалась я.