— Ужин, Ханна!
Ханна замерла и, наконец, замолчала. Она вытерла нос предплечьем.
— Боже, я ненавижу ее.
Пауза. Затем:
— Ты меня слышала? — крикнула женщина через дверь.
— Да, я слышала тебя! — закричала Ханна.
— Ну, тогда выходи.
— Она так действует мне на нервы, — пробормотала Ханна. — Она, вероятно, даже не знает, что ты здесь. Вот как хорошо она уделяет внимание моей жизни. — Ханна снова потянулась к жестянке, достала еще две таблетки и запила их своим «Спрайтом». — Я могла бы притащить сюда целую хоккейную команду, и она бы не узнала.
Элли встала.
— Ну, мне, наверное, пора.
Ханна прищурилась на нее.
— Так мисс Битти — твоя мать?
— Нет. Она моя, э-э, приемная мать, — сказала Элли, слова странно слетали с ее губ.
— Да, ладно! Ты сирота?
Это слово застало Элли врасплох. Но разве это не так? Это был первый раз, когда она услышала это слово, связанное с ней. Звучало странно. Она… Элли… сирота.
— Да. Наверное, так и есть.
Ханна пристально посмотрела на нее своими большими, красивыми карими глазами.
— Что? — спросила Элли.
— Я знаю, наверное, невежливо спрашивать, но что случилось с твоими родителями?
— Мой отец ушел, когда я была ребенком, а моя мать умерла. Когда она умерла, мой старший брат заботился обо мне, но в прошлом году он покончил с собой, — объяснила Элли, удивленная тем, что эти слова слетели с ее губ. Но как только это случилось, она сразу почувствовала себя немного лучше. Как будто разговор об этом, хотя бы немного, мог помочь.
Глаза Ханны расширились. Затем ее губы растянулись в скептической улыбке.
— Ты шутишь, да?
— Нет.
— Святое дерьмо, — выдохнула Ханна, очевидно, все еще обдумывая услышанное. — Твой брат покончил с собой?
Элли кивнула.
— Серьезно. Все это правда?
— Ага.
Еще три резких стука в дверь.
— Ханна, детка, ты идешь?
Ханна закатила глаза, затем посмотрела на Элли.