Братья Худяковы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как и когда тигр успел среди этой суматохи выхватить собаку, — никто не мог потом правильно установить: видели, что кто-то метался среди них, слышали жалобный писк и… только.

А кричали и стреляли до утра.

Лагерь — это была топографическая или научная экспедиция — через несколько дней снялся.

Вместе с ним пошла и наша тигрица.

За всем тем она все еще инстинктивно боялась людей, но ее привлекали лошади, которых в экспедиции было несколько.

Нужно сказать, что сила тигра так велика, что известны случаи, когда тигр, взяв в зубы задавленную им лошадь, уносил ее, поднявши над землей и оставив тащиться по земле ноги и голову.

Такое дерзкое нападение на многолюдный лагерь нельзя рассматривать как смелую отвагу сильного зверя, который непрочь в открытой борьбе померяться с человеком, а скорее как тонкий кошачий расчет на молниеносную быстроту и неожиданность, отнимающие у противной стороны все возможности самозащиты! Факты говорят за это.

Однажды рано утром, когда лагерь опять выступил в поход, тигрица наблюдала за ним, лежа в крепкой заросли.

Вдруг она услышала позади себя легкий шум от торопливых шагов — бежал человек, видимо, отставший от каравана.

Это был китаец, один из работников экспедиции.

Тигр сжал свое мускулистое тело в самый малый, какой только можно, комок и напряг стальные пружины своих скакательных мускулов до того, что в больном боку даже почувствовал острую боль.

Но было не до того…

Человек уж приближался.

Его путь лежал как-раз под носом у притаившегося зверя.

Может-быть тигр и не решился бы напасть открыто на человека по собственному почину, но человек «бежал», и это решило его участь…

Упругий плавный прыжок… и под зверем слабо затрепетало тщедушное тело китайца, захлебнувшегося собственной кровью от прокушенного насквозь затылка.

В 3–5 секунд все было кончено.

Тигр взял в зубы труп и понес его в сопки, как кошка несет мышку.

В караване еще не заметили исчезновения человека, по крайней мере, не кричали и не стреляли, что, по наблюдению тигрицы, всегда делали при всяком переполохе.

…………………………………………………………………………………………………………

Таким образом наша тигрица сделалась людоедом.

Тот страх, который она инстинктивно чувствовала по отношению к человеку, «как рукой сняло»: человек оказался самым беззащитным, самым беспомощным из всех животных, нужно уметь только его взять.

Так, вероятно, должны рассуждать все львы и тигры, испробовавшие человеческого мяса, и сделавшиеся после этого людоедами.

…………………………………………………………………………………………………………

Много и долго жила тигрица. Слава о ее подвигах шла по лесорубочным куреням, путала приисковые партии, наводила ужас на корейские поселки, построенные как разбросанные фанзы, и заставляла одиночных людей зорко оглядываться в тайге.

Ничего не спасало: тигрица брала свою кровавую дань из средины шумного табора, освещенного гигантскими кострами, уносила всех собак из корейских поселков, выхватывала на ходу из вооруженного эскорта человека вместе с ружьем…

Были и курьезы, но для нашей тигрицы, зверя серьезного, ничего смешного в этом не было, а было только досадное…

В одном таежном поселке, из новых, достраивалась последняя к лесу хатка. Почти все уже было готово, даже печь сложена, полы настланы, косяки вставлены, оставалось навесить двери и застеклить окна, для чего рамы стояли тут же у стенки.

После работы к хозяину этой хаты собрались «покалякать» односельчане. Расположились кто где мог — на лавках, на полу по-китайски, курили. А сам хозяин, в полушубке нараспашку, уселся на подоконник, выставив спину в пустое окно.