— Молодой господин сам пожелал учиться. Стоит ему сказать слово, как все закончится, — отчеканил наемник. — И к тому же он пережил девять зим. Какое — молод?
Сенешаль горестно застонал и двинулся к мальчику.
— Умоляю, господин, прекрати! — простонал он, подходя вплотную.
— Я!
Удар.
— Не!
Удар.
— Сдамся!
В последний взмах мальчик вложил остатки сил, и деревянный меч, попав точно в шею чучела, оторвал тому голову. Но на этом барон не остановился — он продолжил избивать несчастное чучело, точно самого заклятого врага.
— Слушай, Гиит, — тихо произнес наемник, — я, конечно, сперва надеялся, что он через недельку выдохнется и успокоится, но парень не так прост. Честно говоря, мне даже нравится его учить — все на лету схватывает.
Сенешаль возвел очи горе.
— Но что скажет госпожа?
— А что она может сказать? — с плохо скрываемым презрением ответил вопросом на вопрос воин.
Его тон не укрылся от сенешаля и тот скривился.
— Рилат, не забывай все же, кто тебе платит.
— Я никогда этого не забываю, Гиит. А ей неплохо бы помнить, кто обучает новобранцев и защищает баронство. Если я уйду, хрена лысого она найдет кого-нибудь на замену, да еще за такие деньги.
Стрела была пущена точно, и сенешаль умолк, сердито поджав губы, но капитан решил добить его аргументами.
— Не забывай, что спрос на солдат в последние годы только растет — на границах опять неспокойно, а такой лакомый кусочек, как баронство Найр следует надежно охранять. Не находишь?
— А чтоб тебя демоны драли! — в сердцах повысил голос слуга баронессы. — И где только простой наемник научился работать языком, точно ярмарочный торговец?
— На дорогах, — пожал плечами Рилат. — Жизнь у нас такая, что не только мечом вертеть приходится, но и языком, а иногда и задницей.
Сенешаль фыркнул.
— Понял, понял. Кстати, — он понизил голос. — Молодой господин нас не слышит?
— Не должен. Для этого у него уши должны быть, как у лисицы.
Но мальчик, упорно молотящий соломенное чучело, все слышал прекрасно.
— Удар! Блок! Удар! Блок! Уход! Уход, мать твою!
— Ай! — вырвалось у мальчика, встретившего свой десятый день рождения меньше месяца назад. Он упал на пятую точку и принялся массировать быстро синеющую щеку.
— Все, молодой господин, ты покойник, — со вздохом констатировал Рилат. — А я сколько раз говорил, ноги — главное! Ноги врагов скажут о том, что они собираются делать. Твои спасут от последствий этих действий и позволят контратаковать!
— Прости.
— Не извиняйся, просто запомни.
— Хорошо.