— Благодарю, — она прочистила горло, беря себя в руки. — И снова нетипичное для ангела поведение. Второй раз за две минуты, полковник Пандора.
— Она ещё учится, — сказала Каденс.
— Но вы прошли тест Ксеркса, — сказала лейтенант Джонс.
— С тестами я справляюсь лучше, чем на практике.
Она посмотрела на меня, по-настоящему присмотрелась, словно анализировала меня. Затем заявила:
— Вы в точности такая, какой вас описывает Ксеркс.
— Я настолько плоха?
— Настолько хороша. Конечно, он постоянно твердит о вашем неуважении к правилам и нормам, о вашей грязной манере драться, о ваших язвительных репликах. Но читая между строк и слыша о вас от моего сына Джейса, я всегда представляла вас хорошей, целостной личностью, которая пойдет на всё, чтобы защитить близких, каковы бы ни были последствия.
Я кивнула.
— Да, это в целом описывает меня. Я точно не образцовый ангел.
— Вы знаете правила. Вы понимаете этикет.
— И в конечном счете вам плевать на эти правила и этикет, — усмехнулась капитан Сингх.
— Вы говорили со своей сестрой, да? — спросила я у неё.
— Селена тоже немало возмущалась о вас, полковник. Лично я думала, что ей надо было остыть. Мы с ней вечно не соглашались на тему того, как поступать правильно… и что это вообще значит, — она пожала плечами. — Мы во многом не соглашались. Часто спорили. Но в конечном счёте она всё равно была моей сестрой, и я её любила.
— Мне знакомо это чувство, — сказала я ей. — И я сочувствую и вашей потере тоже.
Они обе потеряли близких в одной и той же битве, из-за одного и того же яда.
— Селена погибла героем, служа Легиону и защищая Землю, — капитан Сингх посмотрела на лейтенанта Джонс. — Это касается их обоих.
Две женщины кивнули, и их глаза блестели от непролитых слёз.
Они нуждались в отвлечении от своей боли, и Каденс его предоставила.
— Давайте разработаем стратегию, как увеличить число новобранцев Легиона и воплотить в жизнь пожелания Первого Ангела.
— Точно, — согласилась я. — Я уже поручила доктору Хардинг работать над повышением процента выживаемости людей, которые выпили Нектар.
— Думаете, это возможно? — спросила капитан Сингх.
— Я не знаю, но мы должны попытаться. Лучший способ увеличить численность Легиона — это позаботиться о том, чтобы больше людей выживало на церемонии инициации и на каждой последующей церемонии повышения. Это также убедит большее количество людей вступать в наши ряды. Подумайте об этом. Высокий риск смерти отпугивает многих потенциальных новобранцев. Если не считать детей ангелов, то наши новобранцы в основном состоят из отчаявшихся людей: тех, кому отчаянно нужна помощь, магия или власть. Как нам убедить вступать в наши ряды людей, которые хотят просто защитить мир?
Никто не ответил. Если бы существовал лёгкий ответ, то какой-нибудь ангел в Легионе уже придумал бы его. Или же они не додумались бы до такого? Никс поручила мне эту задачу потому, что считала меня уникально подходящей, поскольку я вела себя и как человек, и как ангел. Впрочем, даже больше как человек, нежели как ангел.
Может, проблема в том, что все эти ангелы больше не могли думать как люди. Они были людьми слишком давно (если вообще когда-то были людьми, как это часто бывало с детьми ангелов).
Если проблема в этом, тогда мне просто надо думать как человек. Чего хотели люди?
Я вынесла этот вопрос на обсуждение в группе.
— Почему многие люди не хотят вступать в Легион Ангелов?
— Они боятся, что Нектар их убьёт, — сказала капитан Сингх.
— Естественно, и я уже поручила Нериссе работать над этой проблемой, — сказала я. — Но я уверена, что дело не только в этом. Есть нечто большее. Многие люди с радостью рискнули бы жизнями ради всеобщего блага… Так что, может, проблема в том, что они не верят, что Легион действительно работает на всеобщее благо.