Неро бросил ей колбаску.
Моя кошка принялась раздирать её, урча.
— Ты такой мягкотелый, Уиндстрайкер, — рассмеялась я.
— Полагаю, ещё никто не называл меня мягким.
Я позволила своему взгляду скользнуть по его жёсткому мускулистому телу.
— Нет, наверное, нет, — я увлажнила губы. — Есть ли вероятность, что я смогу поглазеть… эмм, понаблюдать за тобой на тренировке попозже?
— Я уже проделал свои утренние упражнения.
Как жалко.
— И когда это было? — спросила я.
— Пока ты ещё была в постели, — его губы дрогнули. — И храпела.
— Ангелы не храпят, — запротестовала я.
— Ты не типичный ангел, Пандора.
Его глаза пожирали меня. Их взгляд… вызывал у меня желание перепрыгнуть через стол и пригвоздить его к полу. Я послала ему мысленный образ.
— Осторожнее, Пандора, — сказал он так тихо, что я едва его расслышала. — Иначе мне придётся объявить тебе выговор.
— Выговор? — переспросила я своего мужа. — За что?
— За проекцию неприличных мыслей вышестоящему офицеру при исполнении.
Я переплела пальцы домиком, улыбаясь.
— О, так это не разрешается?
Его взгляд не отрывался от моих глаз ни на секунду.
— Нет. Не разрешается.
— Что ж, тогда, наверное, тебе и правда придётся объявить мне выговор, — я скользнула своей ногой по его ноге под столом.
Он потянулся, чтобы прикоснуться ко мне, затем остановил себя.
— Леда, что ты делаешь? — спросил он низким и хриплым голосом.
— Веду себя плохо, — моя ступня скользнула ещё выше по его ноге.
— Это совершенно неприлично. Все в столовой видят, что ты делаешь.
— Ох, точно, — я опустила стопу вниз по его ноге, но сделала это очень, очень медленно. — Напомни мне заказать скатерти для всех столов, — я позволила своим глазам один раз сверкнуть серебром. — Длинные скатерти, — я медленно облизала губы, затем наконец-то убрала ногу.
В кои-то веки Неро лишился дара речи.
Я подалась вперёд, опираясь на локти.
— Так что это будет? Отжимания?
— Что? — переспросил Неро, словно очнувшись от транса.