– Питон, – ответил я нехотя.
Изао перевел вопросительный взгляд на Дарта.
– Орриван, – многозначительно сообщил тот.
– Питон и Орриван, встаньте к остальным ученикам, – велел мастер. – Хинниган, вы тоже.
Пока мы шли до места, Дарт все бубнил:
– Вот сразу нельзя было по-человечески урок провести, что ли?.. Нужно обязательно какую-то хрень изобразить…
Дождавшись, пока все выстроятся и успокоятся, Изао объявил:
– А теперь я покажу вам четвертый прием, самый сложный в освоении и самый энергозатратный. Это щитовой эрг, способный отразить атаку предыдущих трех эргов. Активируется он ключом «асура вайу».
Он сделал круговое движение руками, и перед ним замерцало и расползлось розоватое свечение.
– Хинниган прав, именно его вы и будете осваивать в первую очередь, – добавил он веско.
Очкарик в конце шеренги закивал, делая серьезное лицо.
После этого Изао распределил двенадцать учеников по четырем боковым рингам, и я почему-то нисколько не удивился, что в напарники мне достались все те же двое: Дарт и Хинниган. Та еще дрянная компания. На нахальную рожу Дарта я уже с утра насмотрелся, а очкарик своим чересчур умным видом и нелепым выражением лица раздражал нещадно. И самое неприятное: именно у него что-то похожее на щитовой эрг получилось почти сразу.
Видя, что ни у меня, ни у Дарта ничего не выходит, он ударился в разъяснения, тут же демонстрируя все жестами.
– Да вы не так руки ставите… надо вот та-а-ак… а потом во-о-от, – он растопырил пальцы на обеих руках и выставил их вперед.
– Может, ты заткнешься? – поморщился Дарт. – Без тебя разберемся.
Но Хинниган так увлекся, что пропустил его реплику мимо ушей.
– А еще вы не так произносите ключ… его надо произносить, только когда почувствуете, как кодо перешло в пальцы… оно покалывает… надо чувствовать… вот ту-у-ут покалывает…
Очкарик собрал пальцы щепотью и сунул под нос Дарту. Зря он это сделал.
Тот с раздражением двинул его в плечо кулаком, а кулак у него здоровый.
– Если еще раз мне в лицо полезешь, у тебя в другом месте покалывать начнет, понял?
Хинниган схватился за плечо и, недолго думая, толкнул Дарта в грудь. Очкарик был вдвое меньше противника, но надо же, не испугался. И пока они разбирались, кто из них должен заткнуться, я решил воспользоваться советом Хиннигана.
Отошел к краю ринга и сосредоточился, стараясь уловить внутри себя хоть какое-то движение силы, ощутить ее в ладонях и пальцах, уловить то самое покалывание. Ради этого я даже прикрыл глаза.
Где-то на фоне продолжали орать друг на друга Дарт и Хинниган, чуть дальше слышались выкрики словесных ключей на разные голоса, еще дальше – шорох рукавов и штанин кимоно, топот босых ног… скрип канатов… покачивание мешков на крюках…
А потом я уловил шелест и перелив неуместных здесь звуков, вроде шума воды, ее перекатывания по камням и руслам. И все отчетливее во мне нарастал этот звук, все сильнее, все напряженнее становился, собираясь в комок внутри головы и уже оттуда растекаясь потоками по венам и артериям, по самым тонким капиллярам, заходя в каждую клетку… покалывание… едва заметное, на уровне нервных окончаний… Я ждал чего-то такого.
И в голове засела мысль испробовать другой эрг, совсем не тот, что заставил отрабатывать Изао. Какой там был у него словесный ключ? Агникара, кажется. Агникара…
– Рэй? – услышал я. Так далеко, что показалось сначала, что это эхо. – Рэй… какого черта ты делаешь?..
Я открыл глаза.
Ни Дарта, ни Хиннигана рядом не было.
– Питон! Перестань! Совсем сдурел?! – крикнули откуда-то сверху испуганным голосом Дарта.
Я задрал голову. Все одиннадцать учеников висели в воздухе под потолком метрах в трех от пола и с ужасом таращились на меня.