— Не нужна ли вам помощь?
— Я клубнику не раздаю! Помощник! Скажи своему папаше…
— Мне не нужна клубника, уважаемая, я предлагаю вам помощь, — с нажимом повторил Мартин.
— Пшел, — презрительно выплюнула женщина, возвращаясь к грядке.
Мартин оглянулся в поисках другого подходящего дома с более приветливыми хозяевами. Под ногами у него копошилась в пыли пестрая курица.
«Мартин, а ты чего хотел-то? Зачем тебе непременно с красивым огородом?» — спросил Вик.
Но ответить Мартин не успел — его плечо сжала чья-то рука.
— Мальчик? Ты предлагал Римме помощь? — раздался женский голос.
Обернувшись, Мартин с большим трудом удержался от того, чтобы отшатнуться.
Женщине, которая на него смотрела, могло быть и двадцать, и шестьдесят. Лицо было перечеркнуто розовым, в белых прожилках бугристым шрамом, ото лба слева к подбородку справа. Один глаз у нее был сделан из дешевого, мутного стекла, издевательски-яркого, синего, словно бросающего вызов своей заметностью.
Но Мартин внимательно и серьезно смотрел на второй — уставший. Темно-серый, как у него. Он не стал стряхивать руку с плеча.
— Да, я предлагал. Помочь вам, уважаемая? — тихо спросил он.
— У меня нет клубники, — с какой-то обреченностью сообщила женщина.
У ее голоса тоже не было возраста. Он низкий и усталый. И больше… никакой.
— И далась же… — Мартин осекся на полуслове. — Мне не нужна клубника. Мне нужны журналы. Или книги.
— Журналы? Какие ты хочешь журналы, мальчик? Про машины? Про корабли?..
— Про… садоводство. Про кур, про огород… в общем, про то, как вести хозяйство.
— Зачем тебе? — удивилась женщина.
— Я — сын Анатолия Редского, — с отвращением признался Мартин.
— Анатолий это… тот грузный мужчина, который выращивает свиней?
— Да. У нас проблемы, а я не знаю, как их решить. Куры не несутся, и…
На них начали опасливо поглядывать. С долей гадливости. То один, то другой настороженный взгляд обжигал его лицо. От прохожих. От соседей из-за заборов. Мартин с тоской понял, что разговаривать с этой женщиной — ошибка. Что она пария. И ему надлежит отшатнуться от нее, сплюнуть в теплую желтую пыль и бежать.
Стать как все. Как часть этого мира.
— У меня нет журналов, — сказала женщина, отпуская его плечо, и отворачиваясь.
Словно почувствовала его мысли.
Она была высокая, худая. В темно-синем платье с дурацким, заляпанным фартуком.
— Но… вам ведь все еще нужна помощь? — спросил Мартин, догоняя женщину и дотрагиваясь до ее рукава.
«Мартин… может не надо?» — опасливо спросил Вик.
«Может и не надо», — задумчиво ответил Мартин.
…