— Я просто…
— Я знаю, что ты и почему сделал, но если бы ты погиб, если бы аномалия на твоем пути оказалась не такой, которая отбрасывает, а более смертоносной. Или если бы ты упал не на обочину, в размокший от дождя грунт, а на асфальт и разбил себе голову, то я бы осталась одна… как в том лагере.
По мере того как она говорила, её губы начали дрожать, глаза раскраснелись и при последних словах по щекам потекли слезы.
— Я понимаю, что ты мне ничем не обязан, что мы друг другу чужие люди… но должно же быть в тебе хоть немного сострадания ко мне, иначе зачем ты вообще вытаскивал меня из лап мародеров?!
Искра обняла колени, спрятала лицо в них и тихо заплакала.
Варяг понимал её чувства и мог представить, как она испугалась, когда он помчался за убийцами. Он снова посмотрел на тело отца и в голове всплыли слова, которые батя произносил, когда приходилось провожать кого-то в последний путь: «Скорбя о мертвых, не забывайте о живых».
Наверное, он был прав.
Кривясь от боли, Варяг сел, придвинулся к девушке, забрал у нее автомат и обнял за плечи. Он не собирался просить прощения. В той ситуации он был прав и не прав одновременно. Искра тоже это понимала и не ждала извинений, но с благодарностью приняла его объятия.
— Не бросай меня больше, — проговорила она, едва слышно. — Пожалуйста.
— Не брошу, — ответил Варяг.
— Эй, в остановке! — раздался снаружи незнакомый голос.
Девушка вздрогнула, Варяг отпустил её и поднял автомат. Осмотрелся, но, видимо, говоривший находился где-то сбоку, скрытый стенкой.
— Выходите, сколько вас там. Только стрелять не вздумайте, а то мы живо решето из вас сделаем.
Опустив оружие, Варяг вышел наружу. По обе стороны от остановки расположились четыре человека — двое справа, двое слева — все в чёрно-красных комбинезонах. Вооружение отряда составляли автоматы странного вида — видеть такие Варягу раньше не доводилось, хотя до этого момента он считал, что знает о стрелковом оружии достаточно много — и на плече одного, в дополнение к автомату, висел пулемёт «Печенег».
— О! Здрасти! — ухмыльнулся один из незнакомцев. — А чего один выполз? Я всех звал.
— Что хотели? — хмуро спросил Варяг, понимая, что ситуация полностью вышла из-под контроля.
— Смотрите, какой сердитый, — незнакомец опустил свое оружие. — Но хоть не агрессивный — и то хорошо.
— Не до вас сейчас, проваливайте.
— Э, да ты оказывается не сталкер вовсе, верно? — в голосе незнакомца звучали нотки удивления и насмешки. — Не опознал нас что-ли?
Варяг развернулся и скрылся в остановке. Знаками показал Искре, чтобы успокоилась, а сам сел за костром, прислонившись спиной к стенке и положив «калаш» на колени так, чтобы ствол оказался направлен на дорогу.
— Эй ты, выходи обратно! — крикнул снаружи незнакомец. — Разговор не окончен!
Варяг не ответил. Ждал.
Они появились с двух сторон одновременно, целясь в него из автоматов. Один из чужаков держал в руках пулемёт. Искра быстро перебралась к Варягу, присела рядышком.
Варяг хоть и не целился явно, но тоже держал их на мушке, осознавая при этом, что против четырех стволов на таком расстоянии ничего не сделать. Это будет самый настоящий расстрел. Даже не просто убийство — казнь.
Немое противостояние продолжалось с минуту. Варяг хладнокровно смотрел на лица людей и стволы автоматов. Ему оставалось только попробовать довести свою игру до конца.
— Я же сказал — проваливайте, не до вас сейчас. У нас нечем поживиться. Хотите стрелять — валяйте, но думаю, мы успеем прихватить с собой минимум двоих.
Ответил все тот же незнакомец:
— Я смотрю, ты не только слабоумный, раз в Зону залез, но ещё и тупой, раз не удосужился хотя бы немного заранее посмотреть, как тут жизнь устроена. Принять квад «Долга» за мародеров — это надо быть даже не знаю кем. Вот и скажи мне: кто ты такой?
— Квад? «Долг»?
— Смотри-ка, не пустые, значит, для тебя слова.