Дорога в космос: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Не ожидал, что доблестные борцы за экологию вызывают у тебя раздражение, – улыбнулся Пабло. – Я наивно полагал, что ты проводник их идей в средствах сетевой информации.

– Ты в чем-то прав. Я выражаю чаяния широких масс. Но выражать – не означает разделять. Есть работа, а есть личные представления об окружающем мире. Лучше, когда они совпадают, но идеал редко бывает достижим.

– Думаю, что могу это понять, – вздохнул Пабло. – Особенно теперь, когда тоже стал работником информационной сферы. Часто приходится просто выполнять служебные обязанности, даже когда я не испытываю энтузиазма от этого.

Даниэлла перевела дыхание, отхлебнула кофе и продолжила:

– Это была аллегория, допускаю, что неудачная. Я хотела сказать, что посевы, пастбища для скота, фермерские ранчо понятны для обывателей. Все любят вкусно поесть и осознают необходимость подобных хозяйств. К таким вещам вопросов не возникает. А вот высокая и непонятная эстакада, на вид напоминающая длинного спящего монстра – другое дело. Это опасно – вредит экологии и явно угрожает здоровью. Полагаю, ты способен аргументировано возразить?

– Да, осознаю, что эстакада – совершенно таинственная, подозрительная и опасная конструкция для крестьянина, расположенная в опасной близости от его родных и понятных гектаров распаханной земли, – ответил Пабло. – На самом деле влияние на климат у Space Road незначительное. Оно несравненно меньше, чем от других видов хозяйственной деятельности. А учитывая то, что запуск комплекса в космос отправит в историю ракеты-носители, этих извергающих огонь грандиозных «монстров», протыкающих озоновый слой планеты, то можно говорить даже о позитивном влиянии на экологию.

– Трудно в это поверить. Для прокладки этой эстакады взорвали целые горы, и я не понимаю, например, почему столь необходимо было провести ее прямо через озеро Лагуна ла Коча, с чем связанно странное нежелание строителей сдвинуть ее в сторону, чтобы она никому не мешала.

– Об этом много писали, разъясняли и доказывали. Возможно, излишне заумно, вызывая отторжение этой информации. Суть в том, что в корпусе комплекса для создания подъемной силы будет разогнан металлический сердечник, который представляет собой непрерывное стальное кольцо размером с окружность планеты. Этот сердечник будет вращаться в условиях глубокого вакуума, созданного внутри корпуса, и с гигантской скоростью, более одиннадцати километров в секунду. Разогнать этот сердечник – крайне энергоемкая задача. Будет потрачено просто колоссальное количество электроэнергии. При этом любое сопротивление свободному вращению сердечника выливается в его торможение и дополнительные затраты на поддержание его скорости. А чтобы обеспечить минимум сопротивления вращению, желательно, чтобы форма корпуса комплекса идеально совпадала с окружностью. Вот это как раз невозможно из-за того, что форма поверхности Земли не идеально гладкая, на ней есть моря, горы и другие неоднородности поверхности. В связи с этим колумбийские Анды являются самым проблемным участком всего трансэкваториального комплекса, именно здесь приходится вынужденно отклоняться от энергетически выгодной формы окружности. Отклонение от идеальной формы в любом случае означают излишние затраты энергии.

Пабло ненадолго прервался, чтобы сделать глоток кофе, затем продолжил:

– Представь себе тяжелый состав поезда, несущийся по прямой с совершенно дикой, нереально огромной скоростью. Его движению ничего не препятствует. И вдруг надо резко повернуть, чтобы объехать, ну скажем, озеро. Придется приложить гигантское усилие, понимаешь?

– Ну да, я это могу понять, – заявила Даниэлла, – хотя реальные поезда легко огибают препятствия.

– И тратят на это энергию. Тут надо понимать, что реальные поезда, по сути, ползут, никуда не торопясь. А я тебя прошу представить поезд, для которого скорость полета пули – это только начало разгона, и масса которого выше, чем у океанского лайнера. Тут повороты становятся действительно серьезной проблемой. А теперь постарайся представить, каково довести до космической скорости массивный поезд длиной в экватор. Это весьма трудная задача, придется потратить массу энергии. А теперь допустим, что из-за озера и вершин нескольких гор предлагается ввести на пути довольно резкие повороты, по сути, искусственные тормозные устройства. Причем тормозят они тем сильнее, чем быстрее едет поезд. В этом случае задача достижения необходимой для взлета всей конструкции скорости может оказаться вовсе невыполнимой. Таким образом, комплекс должен быть максимально прямым и располагаться вдоль экватора, ну или на широте близкой к экватору.

Пабло все больше распалялся и уже начал активно жестикулировать:

– Теперь понимая, что эстакада должна пролегать строго с запада на восток и быть максимально прямой, попытайся представить, где для нее лучшая трасса пролегания в наших местах, чтобы горы поменьше двигать, озеро сохранить и в вулкан Галерас не упереться. Смею тебя заверить, что для местных особенностей существующая трасса эстакады Space Road максимально оптимальна. Проектировщики полгода над этим работали, причем учитывали не только ландшафт, но и характеристики грунтов, а также аналогичные проблемы по склонам Анд, на побережье Эквадора и в джунглях Амазонки. Собственно, приоритетом во время проектирования было обеспечение минимальной высоты прохождения эстакады при минимально возможном объеме горных работ. Озеро при этом считалось меньшим из препятствий, поэтому сейчас придется мириться с тем, что эстакада проходит прямо через него.

– Спасибо за разъяснения, – Даниэлла задумчиво смотрела в чашку кофе. – Многое стало понятно, особенно то, что раньше вызывало недоумение. Я, наверное, смогу что-то из этого сделать для своего портала. Пожалуй, мы тут засиделись, сегодня я хотела бы побыть дома с родителями, да и над публикацией подумать надо. Уеду я послезавтра, утром, а поэтому завтрашним вечером буду занята. Может, ты найдешь время завтра днем, чтобы продолжить разговор? Заглянем еще куда-нибудь, теперь уже в новом городе – я его практически не знаю.

– Нет, днем не выйдет, я занят на службе. А может, ты передумаешь уезжать и останешься еще на недельку? У меня есть для тебя инсайдерская информация, крайне конфиденциальная, – молодой человек наклонился вперед и заговорил таинственным шепотом.

– Как интересно, а ты не рискуешь, сливая тайны работодателя?

– Если бы это были некие грандиозные подробности про планы по сносу Анд или осушению твоего любимого озера, то рисковал бы, – съязвил Пабло. – А так речь идет лишь о визите сюда двух всемирных координаторов с инспекцией, они приедут через три дня. Визит рабочий, встреч с прессой не планировали. Но я могу устроить так, что ты «совершенно случайно» окажешься где-то поблизости.

Даниэлла задумчиво поправляла непослушные волнистые волосы, настойчиво пытающиеся скрыть лицо девушки от посторонних глаз.

– Звучит очень заманчиво. Настолько, что я постараюсь отложить дела в столице. Завтра вечером сообщу тебе о том, получилось ли. А кто приезжает?

– Координаторы по космосу Эдгар Гувер и по транспорту Хавьер Агилар. Разумеется, Ван дер Виир все еще будет здесь. Ну и есть еще одна подробность, можно сказать, вишенка на торте. Только предупреждаю: никому не говори о том, как узнала о визите, напиши, что все произошло случайно, просто повезло.

– Итак, что за вишенка, я внимательно слушаю? – Даниэлла подалась вперед, пристально глядя на собеседника. Глаза ее были широко раскрыты, весь ее облик говорил о крайней степени заинтересованности.

– Автор проекта приезжает, русский, Андрей Берсанов.

Даниэлла откинулась назад и произнесла с едва уловимой интонацией разочарования:

– А я уж подумала, сам Президент Ямамото или, по крайней мере, Премьер Ливей. Но русский гений – это тоже достаточный повод, чтобы задержаться на недельку. Завтра мне придется убедить свое начальство в том, что мне нужно продолжение творческого отпуска в Пасто. А как это сделать, не раскрывая истинной причины, ты же мне запретил это делать?

– Скажи, что подозреваешь Space Road в планах по сносу Анд и осушению Лагуны ла Коча и проводишь журналистское расследование.

– Не прокатит. Да еще и репутацию себе испорчу. Но я что-нибудь до завтра сама придумаю. А сейчас мне пора бежать домой, обрадую родителей, что планирую еще у них погостить.

Молодые люди расплатились по счету и, активно обсуждая изменения в облике родного города, покинули это тихое и уютное кафе.

Пневматическая железная дорога, проложенная вдоль эстакады Space Road, была одним из технологических чудес, появившихся вместе с грандиозной стройкой. Она уже вписалась в местную инфраструктуру и трудилась на полную мощность. Отделение Space Road в Пасто контролировало строительство комплекса на протяжении полутора тысяч километров – от эквадорского побережья до бразильской Амазонии. При этом это был самый сложный участок всего комплекса: он начинался на тихоокеанском побережье Эквадора, взбирался на плато колумбийских Анд, затем спускался вниз в непроходимые джунгли Амазонки. По этой транспортной магистрали доставлялись строительные материалы, а также разъезжались вдоль стройки сами строители, постоянно проживающие в Пасто.

При этом путешествие вдоль участка строительства на пневматическом транспорте стало захватывающим приключением. С тихоокеанского берега эстакада уходила вглубь материка навстречу высоким горам, величественно возвышающимся вдали. Затем тоннели начинали подъем по циклопической эстакаде на изящных опорах, устремляющихся ввысь – тем выше, чем ближе становились горы. За окнами вагонов «разверзалась» бездна, а сами вагоны внутри прозрачных тоннелей опирались лишь на ажурные конструкции, уходящие далеко вниз. Немного успокаивала близость солидного массивного корпуса Space Road, его вид вызывал чувство монументальности сооружения.