— Разбираемся с сигнализацией и оказываемся в святая святых Фаулеров, — продолжила за него Элиза. — Ты же знаешь, мне нравится нарушать запреты.
Она слегка подалась вперед. Глаза лукаво блеснули.
— Знаю. Только они могут оказаться не обычными смертными, — серьезно произнес Люцифер, отводя назад прядь ее волос. — Это опасно.
— Не опаснее, чем плести интриги против владыки Ада, — слегка улыбаясь, Элиза повела обнаженным плечом. — Обычный благотворительный прием у смертных. Мне не страшно.
«Зато ему за меня — да», — поняла она, когда он неосознанно сильнее сжал ее ладонь.
— Пойдем, — не отпуская, Люцифер попытался увлечь за собой. — Ты же помнишь, нам нужно забрать кое-кого еще.
Высвободив руку, Элиза вздохнула.
— Я ей не доверяю, — напряженно сказала она.
— Я тоже, — пожал плечами Люцифер, — но других вариантов у нас нет. Михаил ясно дал понять, что пока я нужен Раю живым. Значит, она — единственная, на кого можно положиться. Ты же не предлагаешь призвать для защиты кого-нибудь из наших? Мне не нужна новая попытка переворота, когда Ад обо всем узнает.
Элиза смерила его задумчивым взглядом. Ничуть не изменился за полтора года. Все то же подозрение ко всем и вся. Ни единого друга, ни одного демона, которому Люцифер доверял бы хоть каплю. Выработанная веками привычка ждать удара в спину.
«И я стала очередным пунктом в списке предателей, когда затеяла переворот», — подумала Элиза и качнула головой, отгоняя эту мысль.
Когда они вошли в чайную лавку, Рута уже спускалась по лестнице. Белоснежное воздушное платье струилось по хрупкой фигурке. Полупрозрачная ткань, стекающая с плеч по спине, напоминала крылья.
— Успеваем? — немного волнуясь, спросила Рута.
Люцифер кивнул.
— Оружие при тебе? — Элиза с сомнением окинула взглядом.
Рута казалась такой тонкой и изящной, словно на ней нельзя было спрятать и иголку. И все-таки ответом послужил уверенный кивок.
— Нас точно не будут проверять на входе? — бледные пальцы нервно заправили за ухо рыжий локон.
— Увидишь, — загадочно усмехнулся Люцифер.
Элиза забыла, как дышать, от обжигающей ревности, стоило Руте слишком долго посмотреть на него. Похоже, та заметила давящий тяжелый взгляд. Повернула голову и тут же споткнулась на последней ступеньке.
Люцифер мгновенно среагировал, оказываясь рядом. Он поддержал под локоть. Рута замерла, как птичка, притихшая в сильных руках. Взгляд стал одновременно испуганный и завороженный.
— Осторожнее, ангел, — скупо проронил Люцифер. — Будешь такой же неуклюжей — убьют в первой битве.
— При чем здесь это? — нахмурилась Рута.
Она отступила на шаг, зябко обхватив себя за плечи.
— А ты думаешь, тебе разрешат остаться в стороне, когда начнется война? — мрачно спросил Люцифер.
Он окинул ее взглядом, который любому показался бы безразличным. Только Элиза хорошо изучила эту показную холодность. И сейчас в глазах Люцифера явно мелькнула тень жалости. Рута еще сильнее сжалась под его взглядом.
Элиза ухмыльнулась, подходя ближе. Она протянула руку в плавном жесте, отводя рыжие волосы. Ровно настолько, чтобы хищно шепнуть на ухо:
— Неужели наша малышка испугалась?
Рута дернулась, как от огня. Она приосанилась, вскидывая подбородок. На лице — показная храбрость.
— Я готова сражаться за Рай! — выпалила Рута.
На пару секунд повисло молчание. После чего Люцифер спросил негромко и холодно, словно выбивая воздух одним прицельным ударом: