Н е ж е н к а-К и к и. Я сердился на Нее целых полдня.
П е с-Т о б и. О, ты мастер дуться. А я не умею. Я забываю оскорбления.
Н е ж е н к а-К и к и (насмешливо-невозмутимо). И ты лижешь руку, которая наносит тебе удар. Известное дело!
Пес-Тоби (простодушно). Я лижу руку, которая… Да, именно так, как ты говоришь. Красивое выражение.
Н е ж е н к а-К и к и. Оно не мое. Ты не страдаешь от избытка достоинства. Право, мне часто стыдно за тебя. Ты всех любишь, покорно выслушиваешь грубые окрики. Твоя душа банальна и благообразна, как городской сад.
П е с-Т о б и. Это вовсе не так, невоспитанный Кот. Ты, считающий себя непогрешимым, заблуждаешься насчет проявлений моей вежливости. Что же, ты на самом деле хочешь, чтобы я рычал на Его друзей, Ее друзей? На людей хорошо одетых, с которыми я незнаком, но которые знают мое имя и добродушно треплют меня за уши?
Н е ж е н к а-К и к и. Я ненавижу незнакомые лица.
П е с-Т о б и. Я их тоже не люблю, что бы ты там ни говорил. Я люблю Ее и Его.
Н е ж е н к а-К и к и. А я люблю Его… и Ее.
П е с-Т о б и. О, я уже давно догадался, кого ты предпочитаешь. Вы питаете друг к другу тайную симпатию.
Н е ж е н к а-К и к и. (Улыбается таинственно-отрешенно.) Симпатию. Да. Тайную, целомудренную и глубокую. Он редко разговаривает, все скребет, как мышка, по бумаге. Ему я отдал свое гордое сердце, драгоценное кошачье сердце. А Он без слов подарил мне свое. Этот обмен сделал меня счастливым и сдержанным, и иногда, влекомый властным и прихотливым инстинктом, который делает нас, Котов, соперниками женщин, я испытываю на Нем свою власть.
Когда мы одни, я навостряю, как чертенок, уши, чтобы он посмотрел, как я прыгну на Его бумагу-для-царапанья, как я стучу лапами - «там-там-там»- по Его разбросанным письмам и перьям, чтобы послушал, как я мяукаю, требуя свободы: «Гимн дверной ручке», - смеется Он, или еще: «Стон узника». Но только к Нему одному обращен нежный взор моих чарующих глаз, прикованных к Его склоненной голове до тех пор, пока Его взгляд не встретится с моим в таком долгожданном и восхитительном слиянии душ, что я со сладостным стыдом опускаю веки… А Она… Она слишком суетится, часто толкает меня, раскачивает в воздухе, схватив за передние и задние лапы, нервно гладит меня, громко смеется надо мной, слишком похоже передразнивает мой голос.
П е с-Т о б и. (Взволнован от возмущения.) По-моему, тебе трудно угодить. Конечно, я Его люблю, Он добр. Чтобы не ругать меня, Он старается не видеть моих прегрешений. Но Она! По-моему, самое прекрасное в мире, доброе и непостижимое существо. Звук Ее шагов чарует меня, Ее изменчивый взгляд наполняет меня то счастьем, то грустью. Она подобна Судьбе и не знает сомнений! Даже муки от Ее руки… Знаешь, как Она меня дразнит?
Н е ж е н к а-К и к и. Жестоко.
П е с-Т о б и. Не жестоко, а утонченно. Я никак не могу предугадать. Сегодня утром Она наклонилась ко мне, будто хотела сказать мне что-то, приподняла мое обвислое ухо и так пронзительно крикнула, что у меня все зазвенело в голове…
Н е ж е н к а-К и к и. Ужас!
П е с-Т о б и. Хорошо Она поступила? Или плохо? Я и теперь точно не знаю. Это вызвало во мне нервное возбуждение… Чуть ли не каждый день ее фантазия требует, чтобы я делал «рыбку»: Она поднимает меня, сжимает мне бока так, что я задыхаюсь и мой рот безмолвно раскрывается, как у карпа на берегу…
Н е ж е н к а-К и к и. Вполне узнаю Ее.
П е с-Т о б и. Вдруг я чувствую себя свободным и живым, живым только благодаря чуду - только Ее милости! Какой прекрасной мне кажется тогда жизнь! Как нежно я хватаю ртом Ее опущенную руку, подол Ее платья!
Н е ж е н к а-К и к и (презрительно). Хороша забава!
П е с-Т о б и. Все хорошее и плохое приходит ко мне от Нее… В Ней - и жестокие мучения, и надежное прибежище. Когда, испуганный, я бросаюсь к Ней и сердце моё готово выпрыгнуть из груди, как нежны Её руки и свежи Её волосы на моем лбу!
Я - Ее «черныш», Ее «песик-Тоби», Ее «душка»… Чтобы успокоить меня, Она садится на землю и становится такой же маленькой, как и я, ложится на спину, и я пьянею, видя прямо перед собой Ее лицо с растрепанными волосами, которые так вкусно пахнут сеном и зверем! Как тут удержаться? Мою душу захлестывают страстные чувства, я тычусь в Нее горячим носом, ищу, нахожу и покусываю розовую мочку уха - Ее уха! Ей щекотно, и Она кричит: «Тоби! Это ужасно! На помощь! Этот пес съест меня!»
Н е ж е н к а-К и к и. Здоровые радости, грубые и простые… А потом ты отправляешься обхаживать кухарку.
П е с-Т о б и. А ты кошечку с фермы…
Неженка-Кики (сухо). Перестань, пожалуйста, это касается только меня… и кошечки.
П е с-Т о б и. Прекрасная победа! И тебе не стыдно? Семимесячная кошечка!
Неженка-Кики (возбужденно). Незрелый плод, лесная ягодка, поверь! И никто ее у меня не отнимет. Она стройна, как жердочка, обвитая горошком.
П е с-Т о б и (про себя). Старый проказник!
Н е ж е н к а-К и к и. Высокая и стройная на своих длинных лапках, неуверенная поступь девственницы. Тяжелый труд на полях, где она охотится на мышей, землероек, даже на куропаток, огрубил ее молодые мускулы, слегка омрачил ее детское личико…
П е с-Т о б и. Она некрасивая.