— Ничего. Управлюсь, — процедил Дейв, и ему было плевать, что Лински его не расслышал.
*
Машина Мии подъехала к дому Лински, когда Дейв, покинув дом Лински со стороны бассейна, садился в свою машину, скрытую зарослями. Они разминулись на сорок три секунды.
Дейв выехал со двора Лински через второй выход и прибавил скорость.
Он хотел успеть принять душ до встречи с Мией.
*
Спесимен пришел в себя. Он лежал на полу в крохотной комнатке, одна из стен которой была не бежевой, как другие, а красной. Он не знал, как попал сюда. Вокруг стояли шкафчики с лекарствами и медицинскими инструментами и еще какие-то конструкции непонятного предназначения. Перед глазами расплывались цветные круги. И ужасно мерзла левая ступня. Спесимен посмотрел на нее — почему-то она была без туфли и даже носка — и вдруг вспомнил все. Разговор с Дейвом, коктейль в руке, который он не успел пригубить, и удар по голове.
Так вот оно что. Он — у Лински. И в ближайшее время Лински уничтожит его. Но почему он до сих пор жив? И почему пришел в себя так быстро после укола из того шприца, что Лински давал Дейву? Или прошло уже три часа?
Спесимен помотал головой. На него свалилось слишком много вопросов. А инстинкт призывал его сматываться отсюда, не раздумывая.
Спесимен попытался подняться. Ноги плохо слушались. Он с трудом выпрямился и постоял так с минуту, ожидая, пока цветные круги перед глазами исчезнут. Потом натянул на левую ногу носок и туфель.
И внезапно услышал за дверью какой-то шум.
— Сюда, в эту комнату тащим!
Он узнал голос. Это был голос Лински, сохранившийся в его воспоминаниях — в тех, которые он позаимствовал у Дейва.
Шаги Лински стали громче. По полу волокли что-то тяжелое. И еще Спесимен разобрал стук каблуков.
Все эти звуки приближались к комнате, где он находился. Спесимен огляделся. Окна в комнате не было. Скрыться было некуда. Он должен сделать вид, что все еще без чувств.
Спесимен опустил взгляд на свою — обутую — левую ногу. Снимать туфель и носок было некогда. Он лег на пол, засунул левую ногу под шкафчик с инструментами и закрыл глаза.
Дверь открылась. Где-то рядом. Наверно, в соседней комнате.
Что-то тяжелое затащили в комнату. Наверно, тело.
День шестой. Продолжение
Слышимость была такой, будто стены между двумя комнатами не было. И Спесимен понял: та стена красного цвета была просто перегородкой.
— Куда класть?
Это был голос Мии.
Или кого-то, похожего на нее.
— Вот здесь прямо бросайте. И покажите мне ее ноготь, — сказал Лински.
— Я не… Извините, я не могу до нее дотронуться, — тихо сказала Миа. Или кто-то, похожий на нее.
— Только что прекрасно дотрагивались, — пробурчал Лински. — Ох, и нежные вы все… Разувайте ее — и не выпендривайтесь!
Миа перешла в атаку:
— Лучше бы Вы спросили у меня, почему она уже мертвая!
— И почему же? — насмешливо спросил Лински. — Впрочем, не отвечайте. Я догадываюсь, почему.
— Вы были правы насчет того, что спесимены — агрессивные. Она покончила с собой. И мое счастье, что ее агрессия была направлена на нее саму, а не на меня! Разве за это я платила деньги? За то, чтобы моя спесимвумен самоуничтожилась?