— Вот как, можете мне направить эти данные, я проверю. Как её энергия?
— Без изменений. Ни всплесков, ни активности. Белые выпили ее до капли.
— Хорошо, завтра в десять утра.
— Так точно, доктор Куродава.
Отключив вызов, Рогов набрал номер Саши. Девушка ответила тут же, куратор аж растерялся, но заметив, что она на работе и на заднем плане маячит господин Саватори, понял ее быстрый ответ. Саватори не любил, когда отвлекают Сашу, и еще выскажет ему в письме свое недовольство. Саше тоже достанется, если хозяин узнает, что звонили по пустякам, потому постарался быть кратким.
— Завтра в десять у тебя прием у доктора Куродава.
— Я в курсе, мне об этом сегодня за завтраком личный помощник напомнил, — спокойно и даже как то дружелюбно заметила Саша, не обращая внимание на недовольное покашливание господина Саватори. Клиентов не было и хозяин делал это больше по привычке чем действительно сердился на звонок.
— После обследования зайдешь ко мне, — предупредил Рогов, лицо девушки перекосилось, стирая моментом ее спокойное выражение и показывая недовольство.
— Зачем?
— Надо, это обязательно, не придешь сама, приеду домой.
— Поняла.
Саша сбросила звонок, а Рогов, не сдержавшись, выругался.
— Ого, — тут же раздалось от дверей кабинета. Подняв взгляд, куратор заметил своего начальника и друга.
— Любишь ты, Семен, заходить в такие моменты, — покачал он головой.
Старший куратор, Семен Займан, закрыл дверь в кабинет и, пройдя к столу, за которым сидел Рогов, с интересом оглядел мужчину.
— Дмитриева?
— А то, кто же? Словно на прочность вечно проверяет.
— Ну, знаешь, сам виноват. Нечего было ее в такие рамки загонять.
— Можно подумать, это моя инициатива?! — взвился Рогов. — Тебе напомнить, чьи приказы я выполняю.
— Полно, полно, Толя. Сбавь обороты. Ты со своей ответственностью иногда перебарщиваешь, и ты сам прекрасно об этом знаешь. Но у меня для тебя хорошие новости. Через четыре дня будет комиссия. Будут поднимать вопрос снять наблюдение с Дмитриевой. Прошел год, девушка уже обвыклась, всплесков нет, у нее же завтра будет обследование? Вот. Доктор Куродава ее к Звёздному отведет на предмет энергии, если она по-прежнему пуста, то ее отпустят на свободу, и твоя работа с ней будет завершена. Передадут в отделение социальной адаптации, и ты будешь свободен.
Рогов аж подскочил на месте от радости, но, вспомнив странный звонок, нахмурился. Займан это заметил.
— Ну что еще? Я думал, ты будешь рад.
— Я рад, но я же сообщал о звонке. Год ничего не происходило, а тут ее выпускают и начинают ею интересоваться. Не нравится мне это, очень не нравится.
— На комиссии будут следователи по ее делу, рассматривают дела сразу трех Белоснежек. Если тебя это тревожит, выскажешься там, но все же я буду рекомендовать отпустить Дмитриеву. Пускай к ней кого-нибудь из черных приставят для слежки. Прошел год, девушке пора вливаться в общество без надзора.
— Она так и не нашла себе привязки, — снова нахмурился Рогов. — Даже в ее квартире, ты же видел отчеты, личных вещей минимум…
— Может, когда дашь ей доступ к ее же деньгам, она и заполнит дом побрякушками.
— Чтобы заполнять дом побрякушками, она должна на них хотя бы смотреть, а так ее только книги и интересовали. Да и то она просто пошла и записалась в библиотеку, когда поняла, что должна делать отчет о покупках.
— Я могу порекомендовать ей работу с психологом…
— Вот уж точно нет, с меня прошлого раза хватило. Забыл уже, как она цирк устраивала с выпрыгиванием из окна?
Семен засмеялся.